«Шестерки Родченкова говорили: «Ваше дело прыгать, а отвечать будем мы». Шокирующее интервью Загорулько

Telegram Дзен
Это интервью Евгения Загорулько было опубликовано на нашем сайте в субботу, 13 июня, и вышло в газетном номере за понедельник. В нем известный специалист по легкой атлетике, в частности, пожаловался на проблемы со здоровьем. 17 июня стало известно: Леонид Слуцкий оплатил лечение Евгения Петровича. Знаменитый тренер долго молчал, но теперь согласился рассказать все: и про допинг, и про схему с Лысенко, и про участие в ней ВФЛА.

Евгений Загорулько — один из самых известных тренеров по легкой атлетике. Не в России. В мире! Его школа подготовки высотников — самая эффективная в истории. Навскидку можно вспомнить десяток учеников: Тамара Быкова — экс-рекордсменка мира, Геннадий Авдиенко, Елена Елесина, Андрей Сильнов и Анна Чичерова выигрывали Олимпийские игры, Вячеслав Воронин — чемпионат мира, Александр Шустов — чемпионат Европы. Данил Лысенко по потенциалу вообще мог перекрыть их всех.

Но сейчас 77-летний специалист в опале. Сильнов, Чичерова и Шустов обвиняются в нарушении антидопинговых правил. А из-за поддельной справки пропустившего три допинг-теста Лысенко вся Всероссийская федерации легкой атлетики (ВФЛА) сейчас на грани тотального бана. Загорулько долго не комментировал ситуацию вокруг Данила. Сильно переживал. Попал в больницу. Но сейчас согласился рассказать все. В результате получился по-настоящему скандальный рассказ.


«Никого не виню. Я сам во всем виноват». Признание Данила Лысенко

История с поддельными справками Лысенко зародилась в стенах федерации

— Да кому я нужен? — отреагировал на вопрос «как дела?» Евгений Петрович.

— Многим интересно. Вы далеко не левый человек в спорте.

— Не левый, но сейчас меня рисуют врагом народа. Некоторые люди решили, что, если, все свалят на меня, они будут свободными.

— Почему?

— Не знаю, меня же не допускали в разбирательства по «делу Лысенко». Там были адвокат, президиум. Сегодня все они говорят, что никто не причастен. За Данила особенно обидно. Пацана держали там, то обещали золотые горы, то пугали...

— Может быть, пришла пора рассказать, как в этой истории все было на самом деле?

— Я рассказывал своему адвокату.

— А нам? Сейчас со стороны общественности все выглядит, что историю с больницей и аварией, в которую якобы попал Лысенко, придумали вы.

— Да как тут расскажешь, когда все зародилось в стенах федерации. Они придумали справку, чтобы отмазать его, хотя я категорически был против. Моя позиция была такая: попросить прощения, признать, что балбес. Но они решили ее сделать. И как! Сделать справку из больницы, которой не существует! А потом два года защищать ее! Да сразу надо бы признать, что неправы, наказать виновного.

— Почему так не сделали?

— Я даже вышестоящему руководству говорил, что нужно наказать Паркина (бывшего исполнительного директора ВФЛА. — Прим. «СЭ») за его инициативу — и на этом все закончится. Мне сказали, что не надо. Потому что в этом случае будет пятно на всей федерации, а соответственно и на Министерстве спорта.


«Мы никому не нужны». За легкоатлетов некому платить 5 миллионов, они могут лишиться даже нейтрального статуса

Шляхтин знал про Лысенко, без него ничего бы не начали делать

— Сейчас, получается, главные крайние — вы и Паркин?

— Паркин — это Паркин, от него ни тепло, ни холодно. Он сегодня здесь рулил, завтра будет в другом месте. А тренеров в России сколько? Я помог встать на ноги Акименко (вице-чемпиону мира-2019. — Прим. «СЭ»), могу еще кому-то помочь. Но кому это надо?

— Бывший глава ВФЛА Дмитрий Шляхтин был в курсе всей ситуации с Лысенко?

— Конечно. Он включает дурака и делает вид, что ничего не знает. Но тебя, если ты руководитель, который ничего не знает, нужно за это судить и увольнять. Эти ребята ничего бы не стали делать без согласия Шляхтина! Так и должно быть. Разрешение на серьезные дела должен давать руководитель.

— Как вы участвовали в этой истории?

— Мне сказали, что Лысенко нужно сделать справку. И кто-то этим занимался. Хотя тот же Шляхтин говорил, что в федерации просто переводили справки на английский — и слали дальше, даже не зная, что там. Ну, как такое может быть? Может, в этой справке написано: казнить тебя или помиловать? Но они включают дурака и всем это выгодно.

— С какими чувствами сейчас смотрите на эту историю? Получается, из-за нее наша легкая атлетика в кризисе.

— Да я тут уже сам чуть концы не отдал. Ни один коллега, ни один из тех, кому помогал, сейчас даже слова не скажет.

Данил Лысенко и Евгений Загорулько. Фото «СЭ»

— Но и ваша репутация со стороны общественности не выглядит безупречной: Чичерова, Сильнов и Шустов дисквалифицированы. Сразу три ваших видных ученика.

— Сильнов — однозначный наговор со стороны Родченкова (информатора ВАДА, бывшего глава Московской антидопинговой лаборатории. — Прим. «СЭ»). За Шустова тоже зацепились, все пробы у него отрицательные.

— Чичерова?

— У Чичеровой за 2008 год положительная проба, да.

— Как же так?

— Это опять шло от Родченкова. Он же сам говорил, что делал в 2014 году эти свои «коктейли Молотова». Сам сознавался.

— Да, но говорил, что он — жертва системы.

— Да все мы жертвы системы. Я — тоже. Всегда добросовестно выполнял все свои функциональные обязанности. Моей задачей было готовить людей на медали самых больших стартов. В итоге у меня четыре ордена. И что теперь, жопу ими подтереть? Я даже в больницу не могу попасть!

— Почему?

— ФМБА лечит только спортсменов. У нас в клинике только направления, все лечения — платные. И что мне дает этот орден «За заслуги перед Отечеством»? Даже нет льготы на койку в больнице. Ничего! Все копейки, которые заработал, теперь трачу на лечение. Что дальше? Если подохну — то ладно, а если буду прикован к постели?


Как убивают российские прыжки в высоту. Здесь стало хуже, чем в ходьбе

Пусть те, кто получал ордена за дисквалифицированных спортсменов, вернут их

— Не могу не спросить напрямую: вы своим спортсменам когда-нибудь что-либо запрещенное давали?

— Не давал. Была у Родченкова, особенно активно в последние годы, программа. Он всем говорил, что государственная. И его люди — а шестерок у него было много — раздавали спортсменам что-то. Говорили им: «Ваше дело бегать и прыгать, а отвечать будем мы».

— Отказаться было можно?

— Конечно. Чаще всего так и делали. И у того же Сильнова нет ни одной положительной пробы. Если конкретно разбираться, многое писано вилами по воде. Но поди сейчас докажи. Вот у Родченкова спрашивают, знает ли он Шустова. «Слышал». «Виделись когда-нибудь»? «Нет». Так а что ж ты пишешь про него такое?

— Правильно понимаю, что у вас сейчас большое разочарование от всего?

— Я всегда работал для того, чтобы флаг СССР, а потом России, реял над стадионами мира. В советское время мы были государственными людьми. На сборах на Кавказе нам предлагали огромные деньги за костюм с буквами СССР. В нем местных ребят бесплатно пускали на танцплощадки и в кинотеатры. А сегодня я с орденом даже в больницу не могу лечь. Никто даже не поинтересуется, куда я вообще пропал. Вот и думаю: для кого это все?

Мы со спортсменами получаем за свои достижения одни деньги, люди наверху за них же — ордена, медали и другие деньги. Хорошо. Раз мы в одной лодке. Вот Шустов, Сильнов, Чичерова — у них отобрали медали. Так давайте все, кто причастен к ним, сложим все ордена, медали и все остальное.

— Абсолютно логично.

— Если все — то все. Ведь кого-то награждали за достижения моих спортсменов. Так пусть тогда, когда у ребят что-то забирают, и они вернут. Но у нас так не получается. Тот же Шляхтин свалил все на меня, сказал, что сам ни при чем, и работает себе министром спорта в Самарской области. Класс! Правильно в народе говорят: украдешь 100 миллионов — выговор, украдешь палку колбасы — влепят два года.

— Сейчас-то что делать?

— Уже нельзя смотреть на легкую атлетику в том же ракурсе, что раньше. Для кого проводятся сборы на сотни человек? В списках люди 1980-х годов рождения. Для кого это нужно? А я отвечу. Для массовости. Чтобы государство выделяло на легкую атлетику больше денег. А олимпийский норматив сейчас могут выполнить человек 25-30. Тогда зачем такой обоз? Для кого такие сборы? Вот в июле новые будут. Нахождение одного человека — это 100-120 тысяч рублей. И это сейчас, когда в стране ЧП.

Лучше делать ставку на качество. Вот есть у нас 9-10 человек элиты. Так сделайте им, если это элита, зарплату как у паршивого футболиста — хотя бы по 10 тысяч долларов. Это станет наживкой и приманкой для молодежи, она поймет, что в легкой атлетике можно зарабатывать хорошие деньги. Остальные пусть тянутся, работают. А не на сборах зависают.


«Допинг-офицеры охотились за Клишиной». Американский тренер Дарьи вылечился от рака и готов работать в России

Борзаковский

— Когда-то я уговаривал Мутко назначить главным тренером сборной молодого амбициозного человека, который только-только закончил со спортом, — продолжает Загорулько. — Юру Борзаковского. Поверил в него. Виталий Леонтьевич — человек азартный. Согласился.

По моим рекомендациям Борзаковский стал главным тренером. И почти сразу обо мне забыл. Самое обидное, что он совсем не справляется. Просто всегда занимает нейтральную позицию. Он же был в той комнате, когда обсуждался вопрос по Лысенко. Говорит, что выходил в тот момент, когда Паркин предлагал свою схему. Вот когда ты вышел, а потом зашел, какие твои первые слова?

— Что обсуждали?

— Конечно. Тем более, если ты главный тренер. Должен быть в курсе всего. А он говорит, что ничего не знает. Как в Португалии сборы проводить — знает. Как в Чолпон-Ате — тоже. А ведь именно там мы вырастили знаменитую Степанову. Спросите у нее, почему там так часто проводят сборы. Киргизия далеко, инспектора редко приезжают. Почему Борзаковский не поднимает эти вопросы? Он всегда в стороночке. Вот и удобный. Дурачком прикидывается. Как и Шляхтин делает вид, что ничего не знают.

— Почему у нас в легкой атлетике практически никто ничего не говорит открыто?

— А кто у нас вне спорта говорит открыто? Чтобы тебе язык отрезали? Мне уже 80 лет, чего бояться? Обидно за другое. Встретил девушку, она сейчас моя жена. У нас трехлетняя дочь. Смотрю на перспективы — становится грустно.