1917-й: революция по-канадски

Ровно 95 лет назад был сыгран первый матч в истории Национальной хоккейной лиги

Всему надо с чего-то начинаться. Дороге в тысячу ли – с одного шага. Реке – с голубого ручейка. Родине – с той песни, что пела наша с вами одна на всех мать. Театру – с вешалки. Земле, как известно – от Кремля… Национальная хоккейная лига началась с чувства глубокой неприязни, испытанной группой людей к человеку по имени Эдди Ливингстоун.

Этот бизнесмен из Торонто владел на заре ХХ века хоккейным клубом, игравшим в Национальной хоккейной ассоциации. Команда носила синие свитера с огромной буквой "Т" на груди и в связи с этим была названа "Блюшертс" - "Синие рубашки". А ее владельца коллеги называли самыми разными именами, приводить которые мы тут не будем.

Ливингстоуна ненавидели все. Дружба, как мы знаем, начинается с улыбки, а ненависть к Эдди началась с покупки им второго клуба НХА – "Торонто Шэмрокс". Владельцы других команд резонно считали, что один человек не может иметь два клуба. Ливингстоун в итоге распустил "Шэмрокс", переведя его лучших игроков в состав "Блюшертс", но милее от этого никому не стал. За ним водилась дурная привычка вступать в споры и склоки по любому поводу, и до такой степени он в итоге всем надоел, что было решено его немедленно ликвидировать.

На дворе, между прочим, стоял 1917-й год, но Канада – страна спокойная, и Ливингстоуна убрали чисто по-канадски. В феврале группа игроков НХА была отправлена за океан – воевать в Первой мировой, и лига решила распустить "Блюшертс", разделив игроков между остальными четырьмя командами. Ливингстоуну при этом было обещано, что всех игроков ему вернут по окончании сезона. На самом деле, владельцы задумали совсем другое.

***

Как только сезон закончился, НХА объявила… о самороспуске. И тут же реорганизовалась в новое юридическое лицо под похожим названием – НХЛ. Старых владельцев НХА приняли в новую лигу, а Ливингстоуна, который на тот момент не имел команды, – нет. Права на команду в Торонто достались администрации местной арены, а команда была названа ХК "Торонто", хотя почти сразу же ее окрестили "Аренас". Это, между прочим, - тот самый "Мейпл Ливз", который играет сейчас. Это был ноябрь 1917-го. Кое-где в это время случались перевороты и похлеще, правда не с такими же радостными результатами.

Уже через месяц НХЛ запустила первый сезон. Можете быть уверены, что ни одна живая душа в то время не предполагала, какое будущее уготовано этому начинанию. На лед вышли лишь четыре коллектива – "Торонто", "Оттава", "Монреаль Канадиенс" и "Монреаль Уондерерз". О том, как это все выглядело, мы можем только догадываться: снимков или кадров кинохроники с той поры не сохранилось. НХЛ в те годы не принадлежал даже Кубок Стэнли: команды проводили сезон в два круга, после чего победитель первого играл с победителем второго за Кубок О’Брайена, а уж его обладатель мог вызвать на бой владельца Кубка Стэнли. Зрителей у НХЛ тогда тоже особенно не было. На матч открытия лиги пришло всего 700 человек. Война, что тут поделаешь… Людям было не до хоккея.

***

Дело между тем было на "Уэстмаунт-Арене" в Монреале 19 декабря. "Уондерерз" - любимец англоязычного Монреаля (в отличие от с самого начала офранцуженного "Канадиенс") – вышел на лед против "Торонто". Первого гола ждать пришлось недолго: его на первой же минуте матча забил 25-летний монреалец Дэйв Ритчи. Нам досконально известна его статистика за все время выступлений в профессионалах, но дата и место его смерти канули в забытие. Впрочем, о биографии вне льда первого НХЛовского голеадора вообще мало что известно. Утешает лишь то, что голы в этом матче были событием нередким: "Уондерерз" выиграл со счетом 10:9.

Вратарям, надо сказать, на заре развития хоккея доставалось сильно. До основания НХЛ, например, запрещалось падать на лед. Предполагалось, что они должны стоять на коньках и просто пытаться подставить под летящую шайбу щиток или клюшку, которую держали обеими руками. За каждое падение на колени вратаря штрафовали. Но не двумя минутами, а куда страшнее – двумя долларами. По тем временам на эти деньги можно было объездить на трамвае весь Монреаль, сводить подругу в театр, сытно поужинать, купить новые штиблеты и гектар леса под новые клюшки. Все изменил Фрэнк Колдер – первый президент НХЛ, сказавший: "Мне плевать – пусть хоть на головах стоят". Но до рождения Доминика Гашека оставалось еще более полувека, и в сезоне-1917/18 один лишь только Жорж Везина сумел отыграть матч "на ноль". Один-единственный матч!

А 20 января, ближе к концу сезона, первая суперзвезда лиги – Джо Мэлоун из "Канадиенс", - забил семь шайб в одном матче. 95 лет прошло, а рекорд все еще не побит…

***

Но вернемся к нашему первому матчу. Он стал знаменательным событием еще по одной причине: это была первая и последняя победа в истории "Уондерерз" в НХЛ.

2 января "Уэстмаунт-Арена" - историческое здание, место рождения лиги, - сгорела дотла. НХЛ, потерявшая свою колыбель в двухнедельном возрасте, дала возможность "Канадиенс" и "Уондерерз" искать новый дом. "Канадцы" нашли быстро – трехтысячную "Жюбиле-Арену", а "Странники" в угоду своему названию так и остались неприкаянными. Владелец команды, учитывая продолжающиеся потери игроков для нужд действующей армии, решил списать команду на боевые расходы. Четырехкратный обладатель Кубка Стэнли приказал долго жить. Свой первый сезон НХЛ завершила с тремя клубами.

Вообразить себе более скромный дебют невозможно. Но кто не рискует, тот, как известно, не имеет право потреблять алкогольные напитки. Тем более – из Кубка Стэнли. А НХЛ в первый же год своего существования этот кубок все-таки завоевала. "Торонто" - команда, уступившая в первом матче в истории, - выиграла второй круг чемпионата и встретилась в финале с "Монреалем". Серия состояла из двух матчей и завершилась победой торонтцев с общим счетом 10:7. А в борьбе за Кубок они сыграли против чемпионов Запада – "Ванкувер Миллионерз". Серия шла до пяти побед, при этом в Торонто играли по правилам НХЛ, а в Ванкувере – по правилам Тихоокеанской лиги, разрешавшим шесть полевых игроков на льду. "Торонто" выиграл в пяти матчах.

***

Вот так оно все начиналось. Чтобы из этого хилого ростка выросло такое могучее дерево, понадобилось очень многое. Талантливые и сошедшиеся в одном месте и в одно время люди, удача, дикая любовь к хоккею и потребность в нем в это время и в этой стране, правильные бизнес-решения, много лет и продуктивная семейная жизнь родителей Жоржа Везины, Джо Мэлоуна и Ньюзи Лалонда. А также – несносный сквалыга Эдди Ливингстоун. Вечная ему память.

Слава МАЛАМУД