Екатерина Юрлова: "О продолжении карьеры еще подумаю"

Чемпионка мира – о своей победе в Контиолахти, любви к архитектуре и потенциале российской команды

Владимир ИВАНОВ
из Ханты-Мансийска

В номере у Екатерины Юрловой все чисто и аккуратно. Каждая вещь красиво сложена и лежит на своем месте. В жизни 30-летней биатлонистки – гармония во всем. Тяжелые тренировки она чередует с походами в кино и на концерты. Пять лет назад выпустила сборник стихов под названием "В ожидании весны". Пережила множество разочарований за последние годы, но ни на кого не держит обиды. Наоборот, всем благодарна. Уверена, что если бы не эти трудности, не было бы и золотой медали чемпионата мира.

– Театр или кино?

– Первое. В театре атмосфера меня просто завораживает. На спектаклях "Табакерки" я все два с половиной часа вообще не могу оторваться от сцены. А фильмы в последнее время смотрю легкие. Сейчас напряженный соревновательный период, а к серьезным лентам нужно подходить осознанно. Хочу посмотреть "Левиафан". Наверное, сделаю это в межсезонье.

– Вы и отдых проводите нестандартно. Теплому морю предпочитаете европейские страны.

– Я очень люблю архитектуру. Специально ради этого ездила в Прагу, в Португалию и страны Бенилюкса. Больше всего поразила Португалия. Она совершенно не похожа на Европу! Больше напоминает Латинскую Америку. Плюс к этому там огромное количество достопримечательностей и архитектурных ноу-хау, которых нигде больше не увидишь. А еще она не заезжена и загадочна, в отличие, например, от Барселоны.

– Как ваши увлечения помогают в спорте?

– Удается отвлекаться. Вообще в критический момент карьеры у меня появилась масса новых друзей и знакомых, благодаря которым я не зацикливалась на одном деле и расширила свое мировоззрение. Сейчас я понимаю, что если бы в жизни не было того тяжелого периода, мы здесь с вами бы не сидели. Не скажу, что мне было так плохо, что кричать хотелось, но после того как многие вопросы приходилось решать самой, сознание понемногу менялось.

– Были моменты, когда вы сами перестали верить, что когда-нибудь станете чемпионкой мира?

– Думаю, каждый человек, который занимается спортом высших достижений, хотя бы в глубине души верит в лучшее. И медаль чемпионата мира и Олимпийских игр – одна из основных мотиваций для продолжения карьеры.

– Одни говорят, что ваша победа случайна. Другие – что выстраданная и заслуженная. Кто прав?

– Я бы поспорила с первым высказыванием. Все-таки я не новичок в биатлоне и давно шла к своей цели. Были неплохие выступления на этапах Кубка мира, чемпионатах Европы. Несколько раз стреляла на ноль в индивидуальных гонках. Наверное, дело в том, что последние три года я практически не выступала на высшем уровне и многие списали меня со счетов. С характеристикой "вымученная и выстраданная" тоже не согласна. Последние сезоны, которые складывались в плане спорта очень неудачно, многому научили меня.

– Все, что ни делается, к лучшему?

– Совершенно верно. У меня ни на кого не осталось обид. Слышала, например, что сейчас во многих статьях с негативной стороны упоминается Вольфганг Пихлер. А у меня к немцу претензий нет. Да, мне не подходила его методика, вот и все. Но винить этого человека я не хочу.

– Когда к этому пришли?

– Сразу же.

***

– Как получилось, что в прошлом сезоне вы пытались перейти из группы Пихлера к Владимиру Королькевичу, а в итоге оказались на самоподготовке?

– Тот период был действительно сложным. Не понимала, почему при пятом номере национального рейтинга я не могла выбрать команду, в которой мне больше хочется тренироваться. Четкого объяснения я так и не получила. Но из-за этой всей ситуации пришлось приступать к индивидуальной подготовке под руководством отца и тренера мужской сборной Николая Лопухова. Самое интересное, что и тогда я подошла к началу сезона в отличных кондициях. Просто потом на меня обрушились неудачи: потерянный прицел на первом этапе в Эстерсунде, болезни в декабре и так далее.

– В тот момент кроме отца в вас никто не верил?

– Семья. Они в один голос твердили, что мне выпало испытание, которое нужно выдержать.

– Ваша мотивация была в том, чтобы оправдать их доверие?

– Возможно. Я такой человек, что даже когда выступаю, переживаю за близких больше, чем за себя. И когда они меня о чем-то просят, отказать сложно.

– Значит, если они начнут настаивать на том, что нужно бегать до Олимпийских игр-2018, вам будет некуда деваться?

– Сейчас уже задумаюсь. Все-таки какая-то определенная цель уже достигнута. Пока мы живем до чемпионата России в Тюмени, а дальше будет видно.

– Слышали, что четырехкратный олимпийский чемпион Александр Тихонов советовал вам завершить карьеру на нынешней красивой ноте?

– Сама не читала, но, конечно, слышала. Скоро сезон закончится, и я определюсь, что делать дальше: продолжать или нет. Я ведь еще в январе хотела оставить спорт. Видите, как все быстро меняется. Пока желание и мотивация есть. Буду рада, если удастся продолжить работу с Анатолием Хованцевым.

– Президент Союза биатлонистов России Александр Кравцов дал понять, что вы сами вправе выбирать, под чьим руководством тренироваться дальше.

– Вот и хорошо. Если руководство сборной и ЦСП дадут добро, то почему бы нет?

– Ваши нотки сомнения по поводу продолжения карьеры связаны только с этим?

– К сожалению, это сугубо личное. Поэтому мне пока не хотелось бы касаться этой темы. Когда будут сформированы списки сборных команд на будущий сезон, тогда, наверное, все и станет понятно.

– А мотивация у вас осталась?

– Для меня эта победа в Контиолахти – в первую очередь доказательство самой себе, что я могу. Ничего сверхъестественного в победе на чемпионате мира нет. При этом никаких таких мыслей о медали любой ценой перед гонкой у меня не было. Я просто хотела получить от нее удовольствие. Выполнила все грамотно по тактике, технике, чисто отстрелялась. Так вышло, что итогом выполнения внутренних установок стала золотая медаль.

***

– Ваш тренер Анатолий Хованцев уже после третьей стрельбы был уверен, что в индивидуальной гонке вы обойдетесь без промахов. А вы?

– После второго рубежа я подумала: "Ну, вот, один спринт чисто отработала. Теперь нужно второй". Один промах сразу бы отбросил меня на седьмое место…

– Признайтесь: перед эстафетой сильно волновались?

– А вот и нет. Разве что немного переживала за "стойку". А на ярлык "она не умеет бегать эстафеты" – внимания я не обращала.

– У вас не было чувства вины, когда, в том числе и после ваших штрафных кругов в эстафете на чемпионате мира-2011, Хованцева уволили прямо по ходу гонки?

– Переживания были. Но нужно понимать, что это – спорт. Если все время жить с этим, можно сразу уходить. Я извинилась перед командой, сказала, что всю вину беру на себя. Тут не поспоришь. Но жизнь продолжается.

– Как получилось, что в этом сезоне снова вышли на него?

– Решили с отцом, что нужен человек, который может помогать в плане стрелковых компонентов, консультировать. Весной мы созвонились с Анатолием Николаевичем, встретились и сразу же решили работать. Огромное спасибо руководству петербургского биатлона в лице Дмитрия Васильева и Андрея Кириленко, которые помогли мне в тяжелый период.

– Правда, что Хованцев работал с вами бесплатно?

– В начале – точно. А вот потом я, если честно, не знаю.

– Чем вам нравится работа с ним?

– У нас есть диалог. У нас настоящий творческий процесс, а не так, что я бездумно выполняю все задания от корки до корки. Летом ему даже приходилось останавливать меня. Хованцев четко дозировал отдых и нагрузку. Порой мне хотелось работать еще, а он говорил, что это "еще" нужно сохранить на соревнования.

– Как было раньше?

– У Пихлера я спрашивала: для чего мы делаем эту работу? Он отвечал: надо. Больше я с вопросами не лезла.

***

– Вы – одна из немногих в нынешней команде, кто застал прошлое поколение. В чем разница?

– У нынешних молодых спортсменов ощущается нехватка уверенности. Это объяснимо: она появляется только после большого количества выступлений на серьезных стартах. Когда на старт выходили Оля Зайцева или Аня Богалий, у них был абсолютно спокойный взгляд, ни один мускул на лице не дрожал. Они умели скрывать внутреннее волнение. А сейчас у нас много талантливых девчонок, но им еще нужно справляться с эмоциями. Ведь именно отсюда выскакивают лишние промахи на рубеже или нелепые падения.

– А нет диссонанса из-за того, что раньше все места, кроме призовых, заведомо считались неудачными, а сейчас попадание в десятку зачастую рассматривается как удовлетворительный результат?

– Уровень команды не настолько низкий, как многие думают. Просто сейчас уровень конкуренции так высок, что даже места в топ-10 занимать почетно. Но при этом все хотят попадать на подиум, выигрывать. Я уверена, что у нашей нынешней команды есть потенциал. В Пхенчхане-2018 мы вполне можем выступить успешнее, чем в Сочи.