«Более 15 лет оставался холостяком. А потом встретил Лизу. И понял, что дальше хочу идти только с ней». Трогательное интервью Ильи Авербуха

1 — Геннадий Хазанов как-то сказал: «Шестой десяток — это когда еще оборачиваешься на крик «молодой человек», но суставы на повороте уже скрипят». Как сформулируете вы — что такое 50?

— Мне врезались в память слова поэтессы Ларисы Рубальской: «Возраст начинаешь ощущать, когда тебя накрывает одеяло равнодушия и ты сразу теряешь ко всему интерес». Очертания этого одеяла иногда выплывают, но пока от него бегу. Надеюсь, до момента, когда оно полностью окутает, еще далеко. Это в детстве пятидесятилетние казались мне стариками. Сейчас думаю: какая чушь! У меня та же жажда жизни, те же увлечения. А главное, по-прежнему много сил, желания и мотивации.

2 — И все-таки что вы утратили по сравнению с самим собой 20-летней давности?

— Не скажу, что с годами стал циничнее. Скорее прагматичнее. Я уже все про себя знаю. Допустим, с юности мечтал научиться играть на гитаре, но рассуждал так: «Да ладно, еще успею, впереди куча времени...» Теперь понимаю, что до гитары вряд ли когда-нибудь руки дойдут. Впрочем, в любом возрасте можно бросить себе вызов.

Авербух и Глейхенгауз делят рынок. Сколько стоят постановки российских фигуристов

3 — Вот и расскажите про последний вызов, который бросили самому себе.

— В работе это случается регулярно. Я ведь на фигурном катании не зацикливаюсь, постоянно переключаюсь. Проектов вне льда хватает. Я был режиссером церемонии открытия футбольного чемпионата мира-2018 и универсиады в Красноярске. Готовил юбилейное шоу к 800-летию Нижнего Новгорода и 300-летию Перми.

Когда организовываю фестивали, стараюсь не двигаться по шаблону, ищу новые решения. Например, в Нижнем сцену соорудили прямо на воде. В Перми группа «Чайф» приплывала на корабле к пристани, и там начинался концерт. А завершался фестиваль так: Лев Лещенко исполнил специальную версию песни про «ласкового мишку» — и в этот момент на крыше Театра-Театра появился огромный надувной медведь, который считается символом Пермского края.

Ну а если говорить о личной жизни, то три года назад я кардинально ее поменял, женился. Вызов ли это? Конечно! Все-таки более пятнадцати лет оставался холостяком, казалось, потребности в семейных узах не испытываю. А потом встретил Лизу (актрису Елизавету Арзамасову. — Прим. «СЭ»). И понял, что дальше хочу идти уже только с ней.

Илья Авербух и Елизавета Арзамасова.

Фото Александр Федоров, «СЭ»

4 — Вы старше Лизы на 22 года. Чувствуется пропасть между поколениями?

— К счастью, нет. Во-первых, надо сказать большое спасибо ее маме. Она воспитывала дочь на тех же книжках, песнях, фильмах, на которых формировался и я. Лиза тоже любит Окуджаву, Высоцкого...

Во-вторых, среди ее друзей не было исключительно тинейджеров. Наоборот, Лизу всегда окружали люди разных поколений. Она со всеми находила общий язык, от каждого перенимала лучшее. Так что мы на одной волне, нам комфортно друг с другом. При этом Лиза для меня еще и мостик в молодежную субкультуру, бережно вводит в мир рэпа, который ей очень нравится.

5 — Юбилей отпразднуете так, что Москва вздрогнет?

— Ну что вы! Я не любитель пиров и ресторанов. Дни рождения никогда не отмечаю. Не гуляка. Да, в воскресенье 17 декабря на «ВТБ Арене» пройдут два гала-шоу, посвященных моему 50-летию. Уже продано 90 процентов билетов. Участвует целое созвездие чемпионов — от Алексея Ягудина и Марка Кондратюка до Анны Щербаковой и Елизавета Туктамышевой. А еще Татьяна Тотьмянина и Максим Маринин, Оксана Домнина и Максим Шабалин, Евгения Тарасова и Владимир Морозов и многие другие.

А вот сам юбилей встречу дома, в кругу семьи. Кстати, следующий день для нас с Лизой тоже особенный — 19 декабря будет ровно три года, как мы расписались.

Авербух встречается с актрисой Арзамасовой. Как сейчас выглядит знаменитая «папина дочка»

6 — Вы проанонсировали участие в гала-шоу Романа Костомарова. О чем подумали, когда пару дней назад он впервые после ампутаций провел тренировку на льду?

— Начнем с того, что Рома действительно будет с нами 17 декабря. Не хочу говорить, что он выйдет на лед на коньках. Но зрители его увидят. Для меня это очень важно. Рома и его жена Оксана Домнина — мои близкие друзья.

А возвращаясь к вопросу... У меня другой эпизод перед глазами. Наша первая встреча после выписки из больницы. Когда с Лизой приехали к Роме домой, и он вышел к нам на протезах. Момент был очень волнительный. И для него, и для меня. Но мы быстро сломали этот барьер. Рома невероятно волевой. Я, как и все, восхищаюсь его мужеством, силой духа. Тем, как он в тяжелейшей ситуации мотивирует себя и свою семью.

7 — Из всех созданных вами программ — самые любимые?

— Если говорить о спортивных постановках, то выделю «Список Шиндлера» Юли Липницкой, «Слышу — не слышу» Жени Медведевой и «Белый ворон» Миши Коляды. Из ледовых спектаклей мне особенно дороги «Кармен», «Ромео и Джульетта», «Огни большого города» и «Анна Каренина».

Фото Дарья Исаева, «СЭ»

8 — О какой собственной постановке можете сказать — «это мое поражение»?

— В «Ледниковом периоде» за столько лет, конечно, случались не очень удачные программы. А из спортивных... Может, некоторые и не попадали в десятку, но откровенно провальных, пожалуй, не было. Не забывайте, тут еще многое зависит от фигуристов. Если они выполняют все прыжки — программа смотрится. Если срывают — уже другое впечатление.

9 — Что вам очень хочется — но пока не можете себе позволить?

— Хочу больше времени проводить дома, с женой и сыном. Отдыхать, получать удовольствие от обычных житейских радостей. Давно мечтаю выспаться. Сейчас загрузка такая, что сплю от силы по пять часов. Да и то, сон тяжелый, не можешь расслабиться. Ты постоянно в стрессовой ситуации, поглощен большими проектами, которые не дают разгрузить голову, сжирают целиком. Каждый день думаешь — нужно сделать еще то-то и то-то, там что-то подправить, тут не упустить...

Понятно, рано или поздно безумная гонка закончится. Но в данный момент остановиться и выйти из этого поезда не могу. Потому что обратно уже не запрыгну. Здесь нет кокетства — мол, без творчества не проживу. Мотивация другая. Я просто знаю себя. Если приторможу, второй раз не разгонюсь.

Ягудин умылся снегом, Медведева не испугалась вращений вниз головой, а Коляда отрастил усы. Чем удивило шоу Авербуха

10 — Однажды вы рассказали о своих вредных привычках: «Матерюсь, непунктуален, ем на ночь, могу часами рубиться в PlayStation». За последние годы что-то прибавилось?

— Нет. Я же работаю над собой. Из перечисленного всего стало меньше. Матом дома вообще не ругаюсь. Скажу больше — за три года у нас с Лизой даже не было ни одного разговора на повышенных тонах. Мало кто верит, но это так.

А вот питание по-прежнему проблема. Умом-то понимаю, что нельзя есть на ночь. Но домой возвращаюсь поздно, открываю холодильник и... А потом к зеркалу подходить страшно. Килограммов десять мне бы точно не мешало скинуть.

Что касается PlayStation, то иногда Лиза говорит: «Сыграй! Я вижу, тебе надо переключиться». И садится рядом, смотрит, как я по Сети играю в футбол. Ни бродилки, ни стрелялки меня не интересуют. Только футбол! Это реально отдушина.

11 — Раньше вы поражались кнопочному телефону Vertu за 20 тысяч долларов. Последний случай, когда были удивлены ценой на что-либо?

— Ну, наверное, как любому мужчине, мне трудно понять высокую стоимость бриллиантов. Просто маленький яркий камушек — а цена, как у крутой иномарки! Не укладывается в голове.

То же самое с брендовыми вещами. Да, кто-то готов выложить баснословные деньги за сумку Birkin или Louis Vuitton. Но это, на мой взгляд, несусветная глупость. Ни у меня, ни у жены таких сумок нет.

Фото Дарья Исаева, «СЭ»

12 — О чем вас бесполезно просить?

— О прыжке с тарзанки. Экстрим — не моя история. Я боюсь высоты. А еще никогда не буду петь. Даже для души, в компании близких друзей. Если кто-то берет в руки гитару, про себя что-то напеваю. Вслух — ни за что! У меня вообще нет вокальных данных. Поющий Илья Авербух — картина не для слабонервных, ха-ха.

13 — Лучшая книга, которую прочитали за последнее время?

— Рассказ Льва Толстого «Два старика». Они пешком отправляются в Иерусалим. Идут в том числе по украинской земле, просятся на ночлег в хату, где люди буквально умирают от голода. Дальше один старец продолжает путь, а другой остается в этой семье, полгода работает, помогает ей выбраться из бедности.

Потом оба возвращаются домой. Ну и по-толстовски подводят итог. Что важнее — дойти до святых мест или помочь ближнему? Заканчивается история так: «И понял он, что на миру по смерть велел Бог отбывать каждому свой оброк — любовью и добрыми делами».
Рассказ поразил глубиной — как и всё у Толстого. Но сейчас читается по-особенному. Лишний раз убеждаешься, насколько сильно наши народы проросли друг в друга. Я бы всем этот рассказ рекомендовал.

«Хорошо, что лед тронулся, но условия непонятны». Авербух — об исполкоме МОК, Костомарове и чемпионате мира без россиян

14 — В финале два традиционных вопроса. Жеглов был прав, когда подкинул кошелек Кирпичу?

— Нет. Я не из тех, кто считает, что цель оправдывает средства. И уж тем более нельзя нарушать закон. Это путь в никуда.

15 — Три «не люблю» на ваш выбор.

— Первое — шумные застолья. Второе — светские тусовки, на которых вообще не появляюсь. Мне просто жалко тратить на них время. Лиза-то иногда выбирается на такие мероприятия, но ей по статусу положено. Издержки актерской профессии.
А третье... Не люблю открывать голосовые сообщения. Текстовые быстро просматриваешь и сразу переключаешься. А здесь есть секунда, когда не знаешь, чего ждать. И вот эта секунда меня всегда пугает.