«Любимые ведущие — Нагиев и Ургант». Роман Костомаров сравнил себя с цирком на льду и придумал вопрос Овечкину

Первая глава первой книги в саге о Гарри Поттере называлась «Мальчик, который выжил». В российском фигурном катании есть чемпион, который выжил — Волан-де-Морт его почти забрал, но Роман Костомаров выбрался. Он никогда не был моральным эталоном и не строил из себя святошу, оставаясь настоящим, со всеми недостатками, — и это не изменилось после страшной трагедии, комы и ампутации конечностей.

Но сейчас Костомаров активно участвует в благотворительности и в рамках благотворительного Дня фигурного катания ДоброFON даже провел экскурсию для посетителей (многие из которых родились явно позже победы Романа в олимпийском Турине-2006) по выставке «Лед.Жизнь» в петербургском пространстве «Севкабель Порт». Рассказывал детям и взрослым и о особенности коньков, и о том, что надо бороться, любить жизнь и никогда не сдаваться.

А еще с юмором передал привет Гийому Сизерону, рассказал, какой вопрос задал бы Александру Овечкину, и в честь Прощеного воскресенья попросил прощения — но с оговорками.

Роман Костомаров и Татьяна Тарасова.

Фото Федор Успенский, «СЭ»

Соревнования для меня закончены — цирк на льду не нужен

— Вас можно часто увидеть в роли ведущего, судьи, а сегодня вы даже провели экскурсию. Адаптировались в разговорном жанре?

— Нет предела совершенству. Все нарабатывается с практикой, с тренировками, с количеством повторений — как и в любом виде спорта или любой профессии. Чем чаще ты это делаешь, тем лучше у тебя получается.

— И как у вас получается?

— (Фыркает.) Хотелось бы лучше, чтобы чувствовать себя свободно как рыба в воде. Хотелось бы чувствовать себя в разговорном жанре, общаясь с людьми, большими аудиториями так же, как я чувствую себя на льду. Но в любом случае это не моя основная деятельность. Постоянно ведущим в будущем я себя не вижу.

— Кто для вас эталон ведущего? Ягудин, может быть?

— (Смеется.) Ой, Ягудин прекрасен! Но самые лучшие ведущие для меня... Дмитрий Нагиев и Иван Ургант.

«Когда выходил из больницы, не думал о съемках в кино». Презентация фильма о Костомарове

— В «Ледниковом периоде» вы, сидя в жюри, сказали — все, возвращаюсь. Можно ли вас ждать на «Русском вызове» когда-нибудь?

— Выйти и откатать показательный номер — пожалуйста, легко! А с кем-то соревноваться — нет... (Жена фигуриста Оксана Домнина, стоящая неподалеку: «Подожди, не отказывайся, а вдруг?») А зачем мне это надо? Любые турниры позади, все соревнования для меня закончены. Если бы я был со своими ногами и руками, может и поучаствовал бы в «Русском вызове». Почему бы и нет? Физическая форма позволяла это делать. Но сейчас это уже неактуально. Цирк на льду мне не нужен.

— А какие у вас вообще планируются выступления на льду?

— Буду выборочно принимать участие в шоу Ильи Авербуха, у Татьяны Навки будет юбилей 11-13 апреля. Это моя родная партнерша, у нее круглая дата. Будет грандиозное шоу. Да, я не выступаю столько, сколько раньше, не принимаю участие в новогодних елках. Но выборочно катаюсь в больших масштабных шоу.

— У вас сейчас много спорта в жизни?

— Раньше было больше. Сейчас — меньше, но все равно стараюсь заниматься регулярно. Хожу в спортзал.

— Вы провели целый сезон в «Ледниковом» в роли судьи. Что сложнее — выступать или ставить оценки?

— Конечно, выступать сложнее. Тренировки и часы на льду несравнимы с сидением в судейском кресле. Да, в этом деле есть определенная ответственность. Но нагрузка от тренировок и нервотрепка перед выступлениями — все это гораздо тяжелее.

Нападающий «Вашингтона» Александр Овечкин.

Фото Getty Images

Когда Овечкин постареет — посидим, пообщаемся

— А за олимпийским отбором следите?

— Конечно, я слышал, что будут допущены единичные наши спортсмены, но точно не мне выбирать, кто туда поедет и кто лучше поборется. Хорошо, что к этому все возвращается, возможно, в скором времени мы будем полноценными участниками Олимпийских игр, как и всегда были.

— Танцы на льду смотрите, нравится вообще?

— Я следил за несколькими этапами «Гран-при» и чемпионатом России, я впервые, наверное, за 10-15 лет посмотрел вживую фигурное катание — благодаря приглашениям ДоброFON. Обычно по телевизору. Было много своей работы, гастролей, публичных выступлений. Не доходят руки, глаза. Я не открою Америки, Степанова/Букин — лидеры, выиграли чемпионат России, уже опытные, солидная пара. Они выделяются на фоне всех остальных. Но есть молодые пары, которые прогрессируют, видно, что за ними будущее.

— Раз зашла речь про танцы — нельзя вас не спросить про возвращение на лед Гийома Сизерона с новой партнершей. У вас с ним особые отношения...

— У меня с Сизероном вообще никаких личных отношений не было, слава богу! (Смеется.) А, вы про заочные... А что такого, что вернулся? Пападакис тоже выступает на льду и тоже катается с девушкой. Пусть выступает, пусть делают что хотят у себя во Франции — или где они это делают, в Америке, Канаде. Я не слежу за ними. Если ей нравится кататься с девочкой, а ему, может быть, с мальчиком захочется — пусть катаются! Я препятствовать этому не буду (движение ЛГБТ признано в нашей стране экстремистским и запрещено. — Прим. «СЭ»).

Россияне назвали лучших спортсменов 2024 года. Первое место разделили Овечкин и Костомаров

— У вас спрашивали про «Спортсмена года», и вы говорили — Овечкин. Ему осталось несколько шайб до Гретцки, сейчас пошли результаты...

— Да у него уже 20 лет идут результаты! Он великий. Я больше вижу его гонку через соцсети — осталось столько-то голов, сейчас 11. И всегда ставлю лайк! Александр — великий спортсмен, причем не в масштабах России, а всего мира. Единицы добиваются обновления рекордов НХЛ, еще и рекорда Уэйна Гретцки. Таких людей в мире единицы.

— Вы знакомы?

— Знакомы, но на уровне «привет — привет». Так, чтобы сидеть в обнимку и общаться — не было. Думаю, все впереди. Сейчас он постареет, закончит — и мы пообщаемся. Спросил бы у него: «Как ты докатился до жизни такой?» (Смеется.)

— Мы говорим с вами в Прощеное воскресенье. У кого вы бы попросили прощения?

— Да у всех! У всех, кому я сделал больно и неприятно. Но именно сегодня! В остальные дни — нет. (Смеется.)