Павел Погребняк: "Спартаку" сейчас никто не поможет"

О Погребняке вспоминают все реже и реже. Некогда грозный форвард "Зенита" и сборной сейчас защищает цвета скромного английского "Рединга", который бьется за возвращение в высшее футбольное общество. И пока 11 голов Павла рождают у болельщиков надежду, что их мечта все-таки станет реальностью. Живет он в одном из тихих районов Лондона, вместе с заботливой супругой растит двух сыновей, а на родину с семьей наведывается в отпускное окно

Павел ПОГРЕБНЯК
Нападающий
Родился 8 ноября 1983 года в Москве.
Воспитанник "Спартака".
Выступал за клубы: "Спартак", "Балтика", "Химки", "Шинник", "Томь", "Зенит", "Штутгарт" (Германия), "Фулхэм" (Англия).
В составе "Зенита" становился чемпионом России (2007), обладателем Суперкубка России (2008), Кубка УЕФА (2008), Суперкубка УЕФА (2008).
Лучший бомбардир Кубка УЕФА-2007/08 (10 голов).
С 2006 по 2012 гг. привлекался в сборную России (33 матча, 8 голов).
С 2012 года выступает за английский "Рединг". Сейчас защищает его цвета во втором по рангу английском дивизионе. В текущем розыгрыше клуб занимает 6-е место, а на счету Погребняка 11 голов.

КРАСНО-БЕЛАЯ КАТАСТРОФА

– За чемпионатом, в котором вы с "Зенитом" в 2007-м выиграли золото, следите? – таким был первый вопрос к единственному оставшемуся в Англии российскому футболисту, когда он ответил на телефонный звонок.

– К сожалению, все матчи посмотреть не получается – времени не хватает. Но встречи "Зенита", "Спартака" и "Томи" стараюсь не пропускать. Все-таки эти клубы – часть моей жизни.

– И какое впечатление на вас производит нынешняя российская премьер-лига?

– Считаю, в ней выступают интересные и крепкие команды. Хотя игровой уровень клубов далеко не одинаков. Да и качество полей оставляет желать лучшего. Вот почему сравнивать российский чемпионат с английским или немецким пока не имеет смысла. Нашему футболу есть на кого ровняться.

– Когда последний раз вами интересовались российские клубы?

– Последнее предложение было два года назад. С той поры – тишина.

– Если бы сейчас одновременно поступило предложение от "Зенита" и "Спартака", кому отдали бы предпочтение?

– Естественно, "Зениту", с которым по сей день сохранились самые добрые отношения. Продолжаю общаться со многими ребятами. Жаль только редко видимся.

– Вы, естественно, в курсе нынешних проблем "Спартака". Кто, по-вашему, мог бы сегодня помочь красно-белым?

– Такого человека не вижу. Точнее, кому ни доверь работать со "Спартаком", никто сейчас команде не поможет. То, во что она превратилась, – катастрофа! Я лучше вообще на этом поставлю точку. Ведь сказанное мной могут воспринять как слова человека, который затаил обиду. Хотя мне есть за что обижаться на "Спартак".

ПОЗАВИДОВАЛ БЫ САМ Пол МАККАРТНИ

– В "Челси" новичок должен спеть перед командным ужином какую-нибудь песню. В "Рединге" подобная традиция существует?

– Оказалось, что и тут петь обязательно. Если бы раньше знал, что меня заставят демонстрировать свои вокальные способности, то крепко подумал бы, идти в эту команду или нет. Но о традиции узнал уже после подписания контракта. Несколько дней учил слова песни моей любимой группы Beatles – Yesterday. Волновался страшно. Но, слава богу, обошлось без конфуза, ребятам даже понравилось. Они потом шутили, что мне сам Пол Маккартни позавидовал бы.

– Как вас приняли в новой команде?

– Первое время было тяжело чисто психологически – новые партнеры, новые требования. Но постепенно все наладилось. Появились знакомые, с которыми мы стали проводить свободное время.

– А с кем из игроков общаетесь больше остальных?

– С Каспаром Горкшем. Он латыш, хорошо говорит по-русски. А еще с голландским полузащитником Ройстоном Дренте. В свое время он поиграл в "Алании" и тоже неплохо знает русский. В "Рединге" вообще подобрался очень доброжелательный коллектив. Так что в этом плане мне повезло.

– На что мог бы рассчитывать "Рединг", окажись он в российской премьер-лиге?

– Ну и вопрос! Рискну утверждать, что нам вполне было бы по силам побороться за место в первой пятерке.

– Вы лично знакомы с владельцем "Рединга" Антоном Зингаревичем?

– Конечно. Приглашение в клуб – его идея. Правда, согласие на переход я дал не сразу, поскольку еще хотел поиграть в "Фулхэме". И окончательное решение принял только после чемпионата Европы-2012.

– Как у вас сейчас обстоят дела с языком?

– Вроде бы уже лучше. Я вообще-то с шести лет учил английский, а потом и в английскую школу ходил. Но со временем, без практики, все подзабылось. Не скажу, что все проблемы с языком уже позади. Но доступно выразить свою мысль могу.

– Что вас до сих пор держит в "Рединге", который вылетел из премьер-лиги? Ведь одно дело – играть с сильнейшими командами Англии, а другое – бороться за возвращение.

– Во-первых, у меня контракт, в котором прописаны обязательства перед клубом. Во-вторых, чтобы куда-то уйти, нужны предложения, которых по истечении прошлого года не было. Поэтому и остался здесь, чтобы с командой решать задачу возвращения в премьер-лигу.

НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ СЫН СТАЛ ВРАТАРЕМ

– Чем, по-вашему, английские болельщики отличаются от российских?

– Прежде всего, уважением к тем, кто для них играет. Ну и, конечно, умением смотреть футбол. На каждый удачный пас, красивый удар, смелый бросок вратаря они реагируют аплодисментами. Поверьте, это очень приятно. В России, к сожалению, такого нет. Что касается стычек между футболистами и болельщиками, то в Англии ничего подобного не заметил. Естественно, недовольные есть. Но не более. А чтобы кому-то пришло в голову закидывать камнями автобус соперников – представить невозможно. А в России со мной такое случалось.

– Позвольте неожиданный вопрос: футболист Погребняк никогда не испытывал приступов звездной болезни?

– Что-то не припомню. Наверное, потому что воспитывался в ежовых рукавицах. Хотя кто-то из знакомых говорил, что некоторые симптомы, после того как мы выиграли Кубок УЕФА, все-таки проскальзывали. Но сам я ничего подобного за собой не замечал.

– Как вы относитесь к разговорам о том, что нынешнее поколение футболистов получает слишком большие деньги, которые частенько их портят?

– Лично я был бы не против, если бы в 18 лет мне платили по 10 000 евро. Но в спартаковской школе я зарабатывал всего 500 рублей, как мне говорили, "на фрукты". На самом деле, все от человека зависит. Если у него есть голова на плечах, то можно и хорошо получать, и к делу со всей душой относиться.

– Можно ли сказать, что вы уже чувствуете себя англичанином?

– Лондон мне очень нравится. Ко многому привык. Но, знаете, я по-прежнему остаюсь русским. Здешних привычек не перенял, образ жизни кардинально не менял. Ощущение того, что в душе я россиянин, никогда меня не покидало.

– Старший сын, который занимается в спортивной школе "Челси", тоже хочет стать форвардом?

– Пока сказать трудно. Иногда его и в воротах поиграть тянет, иногда – в обороне. Время придет – определится. Но мне бы очень не хотелось, чтобы он стал вратарем.

– Однажды вы заявили в интервью, что "непременно станете президентом "Спартака". Президент вашему бывшему клубу сейчас не нужен, зато требуется хороший тренер. Не хотели бы попробовать себя в этой роли?

– Нет. Вообще себя тренером не вижу! Эта профессия не для меня.