Драма. «По ком звонит американец». Колонка Казанского в трех действиях

Действующие лица

Сэр Джим Рэтклифф — совладелец «МЮ»

Сэр Ричард Брэйлсфорд — советник Рэдклиффа

Омар Беррада — исполнительный директор

Дэн Эшуорт — спортивный директор

Джейсон Уилкокс — технический директор

Эрик тен Хаг — главный тренер «МЮ»

Руд ван Нистелрой — помощник тен Хага

Действие первое

Лондонский офис INEOS (владельца «МЮ»). Кабинет сэра Джима. Мебель XIX века в сочетании с новейшими мультимедиа. Рэтклифф сидит в дорогом кожаном кресле и задумчиво смотрит новости. На экране бегущая строка: «Руководство «Манчестер Юнайтед» объявит о своем решении сегодня». Стук. Заходит сэр Брэйлсфорд. Поправляет очки.

***

Брэйлсфорд. Сэр?

Рэтклифф. От такого и слышу, заходи.

Брэйлсфорд. Смотришь?

Рэтклифф. Как вернулся из Бирмингема. Одно и тоже. Кто им сказал, что сегодня объявим?

Брэйлсфорд. Они сложили два и два. Сегодня же американец прилетает. Вот думают, что и решим.

Рэтклифф. Да, прилетает. Джоэл (задумывается)... имя-то какое. Ты, кстати, знаешь о его значении?

Брэйлсфорд. Глейзер — владелец. У него процент больше, чем у тебя, сэр. Извини. Он круче.

Рэтклифф. Да нет. Значение имени. Джоэл — это же библейское Яхве, то есть — Бог.

Брэйлсфорд. То есть он прилетит и скажет — говорите, что делать, а мы — да Джоэл его знает?

Рэтклифф. Да, то есть нет. Вот же ты мне скажи, чего мы сюда полезли? Сидели спокойно в Ницце, круассаны и устрицы, винишко и женщины, море и Канны рядом — в киношку проветриться. Ты со своими велосипедами крутишься, крутишься — лазурь, а не жизнь. Нет же, Манчестер захотели. Сделать красным. Тьфу. Дьявол их бери.

Красные линии «Манчестера». Колонка Казанского — про будущее тен Хага

Брэйлсфорд. Поздно, Джим, пить «Перье». Давай решать. Увольняем или нет?

Рэтклифф. Это ты мне скажи — увольняем или нет? Чья была тупая идея дать ему два матча? Чтобы что? Краб этот туда же (гримасничает): «Давай посмотрим, а вдруг случайность? Не удалили бы Бруно, может, и «Тоттенхэм» бы грохнули. А вот сейчас — два матча и все изменится!» Тьфу!

Брэйлсфорд. Его бесит, когда ты его Крабом зовешь. Омар! Он Омар... Но ты же поддержал! Ты же сказал — в Порту не поеду, чего там смотреть? Портвейн я и здесь достану. А в Бирмингем так и быть. Все рванем. И Деда прихватим. Там шансов точно нет. После раскупорим и сообщим голландцу — баста! А для прессы в среду выпустим заявление. Твои слова?

Рэтклифф. Все ты помнишь. А я же предупреждал, я спрашивал, а вдруг не проиграет? Или, не дай Бог, выиграет? Что ты сказал?

Брэйлсфорд. «Ты Рэшфорда видел?» Да уж... А он даже забил. Ладно. Давай решать. Что нам важно?

Рэтклифф. Результат. Сейчас мы 14-е. 5 очков отрыв от 18-го места. Не вылетим — уже хорошо.

Брэйлсфорд. Перестань паясничать, сэр. Нам решать надо. Месяц назад мы грохнули «Саутгемптон». И все.

Рэтклифф. И все. Зато четыре матча на ноль сыграли. И не забывай про Кубки.

Брэйлсфорд. Ты издеваешься? Я весь на нервах. Очки каждую секунду потеют.

Рэтклифф. А ты как быдло из Ипсвича — постиронию не выкупаешь. Ладно. Давай серьезно. Игры нет. Я не слишком в этом разбираюсь, но ветераны по телеку все время говорят — бардак. Прессинга нет, атаки нет, защиты нет, даже какого-то триггера и то нет. Нет ничего. Кроме имени. Капитан Бруно с ума сошел. Уже два раза подряд удаляется. Еще и лучший игрок в Бирмингеме добил. Эванс! Лучший игрок... Джонни Эванс! Он мой ровесник и лучший игрок. А эти все, кого мы накупили? Де Лигт, Зиркзе, уругваец этот. Он где вообще?

Брэйлсфорд. Адаптируется.

Рэтклифф. Ага. Это так теперь называется. Адаптируется. Бесит! А голландец еще глядит такими грустными глазами, как у кота из «Шрека», и нудит: «Дайте время, дайте время. Вот увидите».

Брэйлсфорд. Достал. Но ведь время и правда нужно. Помнишь, Фергюсон все время повторял, что его раз пять хотели уволить?

Рэтклифф. Но и он сейчас уже подзатих, обратил внимание? Он тоже все видит. Мучаются на поле все. В раздевалку я не ходил и не пойду. На кладбище сейчас явно веселее, чем у них там.

Брэйлсфорд. Да, на кладбище хотя бы музыка. А у нас... И крыша протекает, и болельщики молча сидят. И «Ливерпуль» издевается. Еще и «Тоттенхэм» туда же. А их вон «Брайтон» выносит.

Рэтклифф. Он и нас вынес. Жуть. Что говорим-то американцу?

Джим Рэтклифф (слева).

Фото Reuters

Действие второе

Манчестер. Офис клуба. Спортивный отдел. Беррада не отводит мертвого взгляда от телевизора. В креслах напротив сидят Уилкокс и Эшуорт. Уилкокс постоянно что-то жует, Эшуорт не отрывается от телефона.

***

Уилкокс. Эш, хомячка тапаешь? Денег нет?

Эшуорт. И вы держитесь. Очень смешно. Пытаюсь понять, кто следующий? С нас же спросят.

Уилкокс. С тебя! Ты у нас единственный, кого купили. (Смеется в голос.) Всегда завидовал ушлости «Ньюкасла».

Эшуорт. Ушлости — откуда слова такие знаешь, деревня болтонская?

Беррада. Может, хватит? (Отвлекаясь от телевизора и выдерживая долгую паузу.) Эш, приезжает американец, и ты знаешь. Нас спросят. Тебя спросят. Но мне отвечать. Кто?

Эшуорт. То есть ты уверен, что голландец уже «летучий»? То есть «чемодан — вокзал — куда хочешь»?

Беррада. Нет, то есть да. То есть да, но нет.

Уилкокс (смеется в голос). А Сырок этот глазированный что?

Беррада. Что-что? Глейзер от нас ждет. Ты думаешь, он что-то смотрел? Порту, Бирмингем — для него названия болезней. Так, давайте серьезно. Если мы его гоним, а мы его гоним, то...

Уилкокс. Тоооомас Тухель! Друг де Лигта. Представляешь картину — он его в «Баварии» зачехлил и здесь будет у Эванса на подхвате. (Смеется в голос.)

Эшуорт. Не факт. Я про Тухеля. Он вредный какой-то. Летом с ним намеками, а он — дайте трансферы и будем разговаривать. Так-то тренер крепкий. Но психованный. Ни с кем ужиться не может. В раздевалке, вроде говорят, авторитет. Но с нами вина пить не станет. Только пиво свое немецкое. И то вряд ли. Гордый. Но доступный. Набираем?

Беррада. Погоди. А Дед про Аллегри говорил. Вроде как он готов. Пятикратный. Чемпионат брал. Кубок брал.

Дни тен Хага в «МЮ» сочтены? Руководство клуба ищет ему замену

Эшуорт. Брал. Но вот скажи мне, а ты «Бернли» видел? Это то же самое. Тебе нравится, чтобы вот кровь из глаз, а не футбол? Чтобы все плевались и ждали, когда какой-нибудь молодой мот появится и заиграют?

Беррада. Этого добра и сейчас у нас на базе. Ты чего ржешь?

Уилкокс (с набитым ртом). А давайте скажем Глазированному, что если у него денег много, то пусть на трамвае до «Сити» доедет и предложит Гвардиоле? А чего? Ему там уже скучно. Надо валить. В сборную он не пойдет. Молодой еще. Ему что-то амбициозное подавайте. А тут мы. Великие, но в развалинах. И вот представьте — Пеп построил один «Манчестер», перешел дорогу и построил другой. Не голубой, а красный! А? Сюжет?

Беррада. Мысль, конечно, интересная. Но закусывать надо.

Эшуорт. Вот и тапаю. (После долгой паузы.) Зидан? Что скажете?

Беррада. Не пойдет. Можешь его представить дождливым вечером в Стоке?

Эшуорт. Индзаги выпендривается: «У вас там еды нормальной нет и ателье. Мне в Милане хорошо». Поттер? Саутгейт?

Уилкокс. Ха-ха-ха. (Смеется до слез и не может успокоиться.)

Беррада. Да хватит уже. Надоел. Джентльмены. Что говорим-то?

Руд ван Нистелрой и Эрик тен Хаг.

Фото Reuters

Действие третье

Каррингтон. Тренировочная база «МЮ». Кабинет тен Хага. Аскетичная обстановка. На стене огромные часы с кукушкой, на столе часы, часы на заставке компьютера. Эрик в одиночестве. Включен телевизор. Бегущая строка. «Будущее тен Хага решится сегодня». Смотрит на наручные часы.

***

Тен Хаг. Мне нужно время. Я не знаю сколько. Не знаю. Неужели они не видят? Или не хотят видеть? На нолик уже получается играть. И где этот хваленый Дюран-Дюран? Ноль! А «Порту»? «Фаворит Лиги Европы». (Кривляется.) Выпустил Харри, и ничья, что еще надо? Игру им подавай... Да я уже 20 раз говорил, что мне нужно три года. Все увидят. (Начинает бешено рисовать стрелки в блокноте.) «Хагболл»! Рэшфорд, Гарначо, Расмус, Бруну — на бешеной скорости прессингуют, Угарте отбирает мяч, летим в чужую штрафную. Все, уже ведем. Лича отрывает ноги, де Лигт тащит мяч в стеночку с Далотом в центре поля, а там уже и Мазрауи — и 2:0!

Да все только начинается. Как они не понимают? Я же все это вижу. Скоро увидят все. Время, время... Но они же его не дают. Хотя обещали. Что я им за два матча сделаю? Две ничьи на выезде. Постекоглу вон вообще проиграл. Да там и Мареска еле спасся с «Ноттингемом». И что? И ничего.

А у меня... (Закрывает лицо ладонями.) Надо же, черт дернул еще Нистелроя позвать. Теперь сидит вон, ждет не дождется. Брут он, а не Руд. Дадут ему порулить, ага. Наивный. Выбросят к чертовой матери, как договорятся с кем-нибудь стоящим. А с кем? Я вас спрашиваю! (Смотрит на часы.) С кем они сейчас могут договориться? Вот и получается.

Сейчас все разъедутся по своим сборным. Друг от друга отдохнем. Маласиа поправится. Шоу уже «маст гоу он». (Выпрыгивает из кресла, начинает чуть не бегать по комнате.)

А потом как хлопнем «Брентфорд», «Фенер» в Европе вынесем, тут понятно, «Вест Хэм» — не соперник, как и «Лестер». К ноябрю уже в полнейшем порядке. А там и Кубок наш, как обычно...

Увольнению тен Хага мешает огромная неустойка. Летом в команду пришел возможный сменщик Эрика

***

Стук в дверь. Заглядывает ван Нистелрой. Тен Хаг резко возвращается к компьютеру.

***

Тен Хаг. Занят. Что хотел?

Ван Нистелрой. Босс, пора.

Тен Хаг (ядовито). Ты уже с вещами в мой кабинет? Фотографии дашь собрать?

Ван Нистелрой. Да успокойтесь. Тренировка начинается.

Тен Хаг (расслабленно). Точно, тренировка. Я и забыл. Тренировка... Тут судьба решается, а у них тренировка. Ладно.

***

Звонок телефона.

***

Тен Хаг. У аппарата.

Голос. Эрик, добрый вечер. Джоэл Глейзер на проводе. Я приехал. На громкой связи. Здесь все — сэры, Омар, Эшуорт и Джейсон тот самый.

Мы приняли решение...

***

Тен Хаг медленно тонет в своем кресле.