«Птиц в 1942-м в Москве не осталось. Всех ворон, голубей, грачей съели». Истории чемпиона Европы

Кесарев — один из лучших защитников отечественного футбола середины 50-х. Трехкратный чемпион СССР в составе московского «Динамо», обладатель первого Кубка Европы 1960-го, участник ЧМ-1958.

Еще он был изумительным рассказчиком. В чем убедились обозреватели «СЭ» Юрий Голышак и Александр Кружков, которые в марте 2013-го пообщались со знаменитым динамовцем для рубрики «Разговор по пятницам». Вот несколько отрывков из того интервью.

Владимир Кесарев: «Я как Бекхэм»

Война

— Отец на фронте погиб?

— В 1943-м. А мы с мамашей всю войну провели в Москве. Она трудилась на швейной фабрике, шила для солдат шинели. Смена растягивалась на 14 часов. Домой возвращалась без сил на опухших от голода ногах. Бесследно это не прошло, годы спустя из-за закупорки сосудов ей ампутировали ногу. Я с 12 лет работал на заводе. До этого мамаша забирала с собой на фабрику. Администрация разрешала приводить детей. Спали на рулонах сукна для шинелей. А во время налетов мальчиков в бомбоубежище не пускали.

— Почему?

— Должны были дежурить на крыше дома и гасить «зажигалки». Лазили по пожарной лестнице, ни черта не боялись. Когда во дворе осколками от зениток убило двух мальчишек, нам начали каски выдавать.

— Как голод пережили?

— Мамаша в день получала 800 граммов хлеба, я — 400. Картофель выращивали. Это сегодня клубни целиком закапывают, а она вырезала ножичком проросший глазок, делила на два-три кусочка — и в землю. Отличная картошка вырастала! Еще у нас была двадцатилитровая банка олифы, которую папаша купил перед войной для ремонта. Горьковатая, зато жарили на ней, в зелень добавляли.

— Животы не крутило?

— Нет. Все-таки в ее основе — льняное масло. Весной, когда снег сходил, рабочих швейной фабрики посылали в Подмосковье. Копать рвы и хоронить солдат. Я с мамашей ездил. Спали на земле у костра — никто не простужался. Там же было много павших лошадей. Отпиливали куски промороженной конины и варили. Вкусно. Кстати, птиц в 1942-м в Москве не осталось. Всех ворон, голубей, грачей съели. И мы с мальчишками их ловили.

— Как?

— У нас в Марьиной роще был элеватор. Птички туда на кормежку слетались. Ставишь сетку, палочку держишь на длинном поводке. Едва зайдут туда поклевать — дергаешь поводок и накрываешь.

Фото Владимир Гребнев

Фокусы

— Однажды вы Михаила Месхи обманули на поле. Сказали, шнурок развязался, тот поверил. А вы из-за спины выскочили, и в этой атаке московское «Динамо» забило гол.

— Ну так что ж... Доверчивый оказался. Долго со мной не разговаривал. Потом помирились.

— Еще фокусы придумывали?

— Матч в Ростове. Накануне динамовские дублеры отыграли и отправились купаться. А я на поле возьми да скажи одному чудаку: «Наши ребята уехали. С ними вроде твоя жена, Дон ее попросили показать». Елки-палки, что с ним стало! Не до игры уже, кричит врачу: «Где моя жена? Звони срочно!»

— Вас не дурили?

— Да я ж из Марьиной рощи! Стреляного воробья на мякине не проведешь!

Китаец

— Самый юморной футболист вашего времени?

— Валя Бубукин. Артист! Как он в Шанхае нашего массажиста Пашу Мысина разыграл!

— Как?

— В гостинице были необычайно красивые покрывала, расшитые тиграми, львами. Мы с Бубукиным в магазине такие же прикупили. Утром уезжать, шагаем с пакетами к автобусу. Навстречу Паша. Бывший боксер, по имени в сборной он никого не запоминал. Ко всем обращался одинаково — Слоник. Увидев покрывала, спрашивает: «Слоники, чего несете?» Бубукин говорит: «Сказали — можно. Подарок». Массажист полетел в номер. Через пять минут из автобуса наблюдаем картину — бежит с покрывалом, отмахивается на ходу. За ним человек восемь: «Мистер, верните имущество!»

Как сборная СССР не попала на чемпионат мира

— Бубукин от бывшего боксера не огреб?

— Обошлось. В той поездке по Китаю с нами был Вася Бузунов, лучший бомбардир чемпионатов СССР 1956-го и 1957-го. А у китайцев традиция — перед каждым матчем накрывали в раздевалке стол. Чего только не было — финики, орешки, бананы, сладости, чай в термосах. Те, кто в игре не участвовал, налегали на угощения. Вася тоже чайку попил, закусил от души. В перерыве Качалин неожиданно решил выпустить его вместо Симоняна.

— Тяжко Бузунову пришлось?

— Не то слово. Пыхтел кое-как впереди. Наконец получаем право на штрафной. Вася возле ворот маячит. Китайский защитник вплотную подошел. А росточка он невысокого, Бузунову до плеча не дотягивает. И вдруг китаец падает без чувств. Что такое? Вроде никто не трогал. Зовут врачей. Потом выяснилось — Вася, изнуренный чаепитием, бедному китайцу пукнул прямо в нос. Того волной и накрыло.

Фото из личного архива

Ветераны

— Об учебе в школе тренеров есть что вспомнить?

— Это было весело. Занимался с нами Ваня Моргунов из «Локомотива». Преподаватель спрашивает на политинформации: «Иван Яковлевич, вы в каком обществе живете?» — «В «Локомотиве»!

Еще он подрядился быть муляжом. На нем мышцы показывали. Раздевался до трусов. Анатомичка в подвале, холодновато. Так он синий весь лежал. Когда в Баку поехал играть, в аэропорту скупил все журналы о моде и кино. Где женщины на обложках. Разложил на базе — ребята подходили, смотрели. Наутро Борис Аркадьев сказал: «В нашу команду приехал Иван Яковлевич Моргунов. Сексуальный уровень поднялся на сто процентов...»

А физиологию и анатомию вел у нас бывший массажист Молотова. Говорит: «Есть должники. Особенно меня возмущает Николай Тимофеевич Дементьев, до сих пор не сдавший кости. На следующем занятии начнем с вас!»

— Это предмет?

— Ну да. И вот Дементьев выходит с портфелем. Достает пакет. Вываливает на анатомический стол кости: «Зинка моя насобирала в мясном отделе. Сдаю...» Ха!

— За ветеранов вы играли долго и здорово...

— У нас была шикарная сборная ветеранов. Сплошь великие — от Хомича до Стрельцова. Выезды невероятные, порой за 15 дней — 14 матчей! В Южно-Сахалинске на завтрак приносят два ведра с красной икрой, куб масла и горячий белый хлеб. Сальников пару бутербродов съел, больше не лезет. Щеку подпер рукой, расстроился: «Вот куда икру теперь девать? До Москвы не довезешь, испортится...» А во Владивостоке командующий Тихоокеанским флотом упросил сыграть с моряками. В благодарность устроил обед на крейсере, который в бухту войти не мог — такой огромный. Стоял в океане.

— Добирались вплавь?

— На подводной лодке. Тоже экзотика, залезаешь сверху. С нами был пузатый дядечка, председатель московской федерации футбола. И застрял!

— Вот беда.

— Ни вверх, ни вниз. Что делать? Обед стынет! К командующему подошел седой мичман. Что-то шепнул — принесли пузырь шампуня. Облили сверху — он и проскользнул. А обратно уже полуголым вытягивали.

... Умер Кесарев 19 января 2015-го. Ему было 84.