Артур Григорьянц: "С содроганием вспоминаю матч в Ярославле"

СОГАЗ – ЧЕМПИОНАТ РОССИИ. ПРЕМЬЕР-ЛИГА

Фанаты "Спартака" зажгли на 2 миллиона рублей

Глава КДК редко дает большие интервью. Но корреспонденту "СЭ" повезло.

– Информации о вас в интернете довольно мало. Не могли бы немного рассказать о себе?

– Я профессиональный юрист. В 1983 году окончил юридический факультет МГУ имени Ломоносова. Вот уже 25 лет руковожу юридическим центром, который оказывает услуги физическим и юридическим лицам. Веду дела в арбитражных судах и судах общей юрисдикции.

- А когда вы пришли в РФС?

– В 2007-м, когда решением исполкома РФС я был введен в состав КДК. В ноябре 2009-го меня назначили заместителем председателя комитета, а 19 декабря прошлого года я его возглавил.

– Получается, ровно год назад. Время подводить итоги.

– Для меня как для председателя КДК главный итог заключается в том, что все решения мы принимали исключительно в соответствии с дисциплинарными регламентами РФС, УЕФА и ФИФА. Все они основаны на всестороннем, объективном исследовании обстоятельств рассматриваемых дел. Считаю, вынося вердикты, мы правильно применяли нормы закона. Не случайно Высший спортивный суд в Лозанне одно из наших решений одобрил, оставил в силе.

– Имеете в виду инцидент, когда в голкипера "Динамо" Антона Шунина бросили петарду?

– Именно.

– Обиделись, когда позже увидели баннер, на котором вы были изображены с петардой во рту?

– Обижаться – удел слабых. Скорее меня это расстроило. Абсолютно законное решение почему-то вызвало у некоторых болельщиков столь негативную реакцию.

– Самое трудное решение, которое пришлось вынести вашему комитету?

– В принципе нам непросто принимать любые решения, поскольку они связаны с ответственностью отдельных людей, клубов, затрагивают большой круг лиц.

– Насколько эмоциональными порой бывают заседания комитета? До драк не доходило?

– Для себя мы установили такой принцип. В КДК должно быть поровну юристов и ветеранов футбола. У нас работают заслуженный мастер спорта Владимир Пономарев, заслуженный тренер России и Украины Владимир Сальков, заслуженный тренер России Георгий Ярцев, мастер спорта международного класса Владимир Долбоносов. А кроме них четыре юриста – я, мой заместитель Виктор Березов, Алексей Солдатов и Николай Белокобыльский.

Каждый член комитета имеет право отстаивать свою точку зрения. Только после того, как всех выслушаем, выносим решение. При этом всегда соблюдаются закон и дух футбола. Если это касается игровых эпизодов, мы в первую очередь слушаем ветеранов, а если речь идет о чисто юридических вопросах, то сначала выступают юристы. Спорим. Но до драк, естественно, не доходит.

– Какое дело вызвало наиболее жаркие споры?

– Простите, но я не имею права разглашать профессиональную тайну.

– Удивляют ли вас какие-то положения нашего дисциплинарного регламента?

– Отвечу так. Дисциплинарный регламент утверждается исполкомом Российского футбольного союза с учетом предложений клубов и лиг. Этому предшествует тщательная проработка вопросов в рабочих группах. На сегодняшний день практически все нормы дисциплинарного регламента соответствуют международным требованиям. Вы, конечно, в курсе, что недавно на исполкоме было решено применять наказания в виде дисквалификации отдельных секторов, что также соответствует международным нормам. Конечно, в регламенте не все идеально, но, как говорится, нет предела совершенству.

– Сильно ли отличается наш дисциплинарный регламент от европейских?

– На сегодняшний день мы имеем перед глазами только дисциплинарные кодексы УЕФА и ФИФА. К сожалению, пока взаимодействие с коллегами из зарубежных дисциплинарных органов у нас не налажено. Эту ситуацию надо менять.

– Не так давно вы пригласили на заседание КДК, где рассматривался матч ЦСКА – "Спартак", журналиста "СЭ". Почему?

– КДК вправе по своей инициативе возбудить производство по делу на основании материалов в СМИ. Дмитрий Симонов участвовал в нашем заседании в качестве свидетеля, после чего написал статью о том, как проходило рассмотрение дела. Мне кажется, читателям "СЭ" было интересно ознакомиться с этим материалом.

– Какое дело лично вам было неприятно разбирать?

– Ох, больной вопрос. Матч Кубка России в Ярославле. Судите сами, наша страна победила в войне с фашизмом, а тут на стадионе появляется свастика. Немыслимо! Кроме того, поразили массовые беспорядки. При том что на одной из трибун, когда началась вся эта вакханалия, находились болельщики с женами и маленькими детьми. Мы видели, как они убегали на верхние ряды от хулиганов – их нельзя называть болельщиками… Все это очень печально. Это дело вспоминаю с содроганием.

– Считаете, самая большая проблема нашего футбола – болельщики?

– Пожалуй, да. Когда сидишь на стадионе, слышишь мат с трибун и видишь файеры, то понимаешь, что эта неуправляемая толпа представляет реальную опасность. Из-за этого многие болельщики перестали приходить на матчи. Они не хотят всего этого видеть. Плюс горе-фанаты постоянно выясняют между собой отношения...

– Реально ли побороть это зло?

– Надеюсь, поможет закон о болельщиках, который вступит в силу в январе. Нужно переходить к конкретике. Выявлять, ловить определенных лиц и применять к ним жесткие санкции. А пресса должна все это широко освещать.

– То есть необходимо, чтобы наказывались конкретные люди, а не целые сектора?

– Абсолютно верно! Более того, я убежден, что мы вернемся к цивилизованному болению. Нормальный, мирный болельщик обязательно придет на стадион.

– Есть ли футболисты, в которых вы разочаровались после их проступков?

– Не хотелось бы называть конкретные фамилии. Вы их сами прекрасно знаете. После того, что они себе позволили, смотришь на их игру уже под другим углом.

– Когда вы вступали в должность, понимали, что будете далеко не самой популярной фигурой в российском футболе?

– Я, конечно, знал, на что иду. Когда прежний руководитель комитета покинул свой пост, президент РФС выразил доверие всем остальным членам нашего органа. Мы решили продолжить работу. Когда я получил предложение занять вакантное место, для меня было очень важно, что все члены КДК поддержали мою кандидатуру.

– Признайтесь: вам когда-нибудь угрожали до или после принятия резонансных решений?

– Нет. Мне никогда никто не угрожал. Никто не оказывал давление. КДК – полностью независимый орган.

– Насколько часто вы смотрите футбольные матчи? Какому чемпионату отдаете предпочтение?

– Смотрю практически все матчи премьер-лиги и ФНЛ. Если игры проходят в Москве, обязательно выбираюсь на стадион. Также смотрю встречи в Европе. Какому первенству отдаю предпочтение? Вы не поверите.

– Нашему?

– Я люблю наш футбол. С удовольствием смотрю английский, испанский, итальянский, французский чемпионаты. Но, согласитесь, в нашем футболе сейчас очень интересно, появилась высочайшая конкуренция, есть классные футболисты, квалифицированные тренеры. В общем, поддерживаю отечественный продукт.

– А кто ваши любимые игроки? Может, Мовсисян и Езбилис?

– Моя нынешняя должность не позволяет публично говорить о том, чья игра нравится (смеется).

– В футбол играете? И занимались ли серьезно?

– В детстве тренировался в спортивной школе, но, к сожалению, по определенным причинам пришлось бросить. Сейчас играю довольно часто. Рядом с домом есть футбольная площадка, мы там с удовольствием гоняем мяч.