«Убивайте, только ничего не отрезайте». Российский футболист почти год провел в плену у боевиков

Сергей Медведев — российский футболист, в активе которого семь матчей, проведенных в высшей лиге в составе «Асмарала». Далее в его карьере были кисловодский «Олимп» и «Луч» из Владивостока. Травма приводящей мышцы, полученная защитником в одной из игр в сезоне-1997, вынудила его повесить бутсы на гвоздь. А еще через год Сергей чудом избежал жуткой смерти.

В 1998-м знакомый пригласил его погулять на свадьбе в Ингушетии. Празднования длились аж восемь дней, а на девятый, когда Медведев вышел покурить у подъезда, на него напали бандиты, избили, затащили в машину и увезли в Чечню.

— Ехали несколько часов. Когда прибыли на место, меня вытащили из машины и бросили в какой-то подвал, — вспоминал Медведев в интервью корреспонденту «СЭ» Никите Киму в августе 1999 года. — Там снова избили, заставляя признаться, что я агент ФСБ. Затем ушли, предварительно надев на меня наручники и привязав к кровати. Через некоторое время вернулись и продолжили допрос.

«Наша история — как молния. Сверкнули — а потом нас просто придушили». «Асмарал» как символ России начала 90-х

Сергея избивали на протяжении шести дней, не давали ни есть, ни пить. И только через неделю сообщили, что намерены потребовать за него выкуп. Жизнь бывшего футболиста была оценена в миллион долларов.

Из воспоминаний Медведева в интервью «СЭ»:

— Услышав размер суммы, ответил этим людям: «Да вы что, ребята. Ни у меня, ни у родителей таких денег нет и никогда не будет». Ну тогда, говорят, мы разрежем тебя на куски и отправим домой в нескольких посылках. Чуть ли не каждый день меня обещали убить, отрезать руки и ноги, выколоть глаза. В те дни чувствовал полную обреченность. Надеялся только на то, что умру более-менее достойно.

Из интервью Медведева «Советскому спорту» в 2010 году:

— Дырка у нас была в потолке — через нее нам раз в три дня кидали буханку хлеба и кусок сыра. Могли забыть о нас на две недели. Иногда так пить хотелось — сил не было. Я стены влажные облизывал, ловил каждую каплю. Но все это ерунда по сравнению с тем, когда слышал приближающиеся шаги. Они не предвещали ничего хорошего. Могли запросто шлепнуть и все.

Вскоре бандиты позвонили родителям Сергея. Его мама не знала, что произошло, поэтому восприняла звонок как дурацкий розыгрыш. Вечером того же дня похитители спустились в подвал, избили экс-футболиста и пообещали, что зарежут ровно через три часа.

— Я им поверил, — рассказывал Сергей. — Попробовал молиться, начал вспоминать свою жизнь. Минуты через три... заснул. Проснулся, когда они уже спускались по лестнице в подвал. Один сказал: «Время истекло, мы пришли тебя убивать». «Как вы это сделаете? — спрашиваю. — Убьете или зарежете?» — «А ты сам как хочешь?» — поинтересовались. «Мне все равно, — говорю. — Только ничего не отрезайте». — «Нет, — отвечают. — Так дело не пойдет. Ты будешь умирать долго и мучительно». Странно, но страха в тот момент я не чувствовал. Была какая-то опустошенность: мол, может, это все и к лучшему, что все сейчас закончится. А потом их командир сказал, что дает мне последний шанс: я сам должен позвонить родителям и убедить их отдать деньги.

«Сказал врачам — режьте ногу! Они не хотели»

Сергей позвонил матери, хотя понимал, что собрать такую сумму за 20 дней (именно такой срок дали ему бандиты, иначе обещали отправить его родителям отрезанные уши) нереально. Мать обратилась в правоохранительные органы, затем пыталась действовать через чеченские общины. Все тщетно... Медведева продолжали держать в подвале.

— Все шло к тому, что в этом подвале я и умру, — рассказывал Сергей корреспонденту «СЭ». — Ведь в нем была просто сумасшедшая влажность. Вода капала со стен и потолка. Лучшего места для того, чтобы подхватить чахотку, не найти. Первое время постоянно чувствовал голод: кормили только хлебом, да и то не каждый день...

Вскоре бандиты решили, что пленник, который сидит в подвале и ничего не делает, — это слишком непрактично. Сергея отвезли в горы, на одну из баз боевиков. Заставляли готовить обед, копать ямы, чистить оружие.

— Я был товаром, за который можно выручить неплохую сумму. Товаром, замечу, полезным, умеющим работать. «Эй, Сэрожа, вот тебе лопата, иды и копай. Закончил? Теперь иды поруби дрова и сготовь обед». Именно на таком уровне мы и общались. Поверьте, расслабиться не давали — работы хватало на целый день.

— Так до сих пор и не знаете, кто вас похитил? — спросил экс-футболиста корреспондент «Советского спорта» в 2010 году.

— Знаю. Это группа Доку Умарова. Где-то через полгода я даже его увидел. Охранявшие меня любили похвастаться, чем только можно, — новыми сапогами, оружием, своим положением в банде. Хвастались и знакомством с Доку Умаровым. Однажды в тот дом, где меня держали, привезли девушку, из-за которой погиб один из бойцов группы. Умаров лично ее допрашивал. Меня вели с очередного допроса, и мы пересеклись. Он остановился и спросил: «Как у тебя дела?» Я ответил: «Спасибо, все хорошо». Пять секунд. Вот и вся встреча. Больше я его никогда не видел.

С наступлением зимы Сергея вернули в до боли знакомый ему подвал. Сидел он теперь уже вместе с сокамерником — 51-летним помощником мэра Ростова-на-Дону Ильей Николаевичем. Так прошло еще три месяца...

— Как за это время не сошли с ума? Старались побольше спать. Разное снилось. Женщины, футбол, друзья, дом, родители. После этого особенно тоскливо было просыпаться в нашей клетке и осознавать: всего этого ты наяву, похоже, больше никогда не увидишь. Мы с соседом постоянно вели беседы, потом целыми днями рубились в шашки, бог знает из чего изготовленные. Постоянно играли в города. По мере сил занимались спортом. В подвале лежали тяжелые бревна и старый мотор — тягали их почти каждый день.

Наступила весна, и Сергея с Ильей Николаевичем вновь отправили в горы — работали они там до изнеможения. Однажды поздно ночью за ними приехали боевики, сообщившие, что готовы передать их российским властям. В тот же день заложников отвезли в Грозный. Помощника мэра Ростова передали российской стороне сразу, а Медведева — лишь через несколько дней.

Сергей Гришин.

Александр Вильф, Фото архив «СЭ»

Решающую роль в освобождении Сергея сыграл его тезка — полузащитник московского «Динамо» Сергей Гришин. Узнав о том, что его друг стал заложником боевиков, Гришин добился встречи с главой МВД Сергеем Степашиным, после чего дело сдвинулось с мертвой точки. Сотрудники Степашина нашли Медведева в Чечне и договорились о его освобождении.

Таким образом, в плену Медведев провел 335 дней...

— Конечно, остались какие-то побочные эффекты от пережитого, — говорил Сергей в интервью «Советскому спорту» в 2010 году. — Спал поначалу плохо. Часто снились кошмары — многое из того, что я пережил в Чечне. Снилось, как меня расстреливали боевики. Я даже кричал и просыпался в холодном поту. К счастью, это тоже прошло. Единственный отпечаток, который остался с того времени, — не могу смотреть, если оставляют еду на тарелке. Понимаете, я ценил каждую крошку хлеба, дорожил каждой каплей воды. Поэтому тяжело смотреть, как в ресторанах или дома у кого-то относят в ведро остатки еды. Конечно, я не собираюсь кричать об этом или заставлять доедать, но осадок остается.