Евгений Артюхин: "Вы еще увидите меня во всей красе"

Героем очередного выпуска программы "Хоккей да Марья", которая выходит на портале "СЭ", стал 30-летний нападающий "Атланта", известный своей сверхжесткой манерой игры

Одним хоккей в его исполнении нравится, другие игрока нещадно критикуют. Судьи же гнут свою линию и этого форварда, как правило, не жалуют. Вот и в минувший четверг в Ярославле во встрече с "Локомотивом" он получил очередной, уже четвертый в нынешнем сезоне дисциплинарный штраф до конца игры. Итоговые на данный момент 146 штрафных минут позволяют ему уверенно лидировать в лиге по этому показателю. Занимающий второе место защитник "Адмирала" Артем Тернавский набрал почти в два раза меньше.

Корреспондент "СЭ" встретилась на "Арене-Мытищи" с нападающим "Атланта" Евгением Артюхиным.

В ЛОБ НА ИГРОКА БОЛЬШЕ НЕ ПОЙДУ

Он забежал в банкетный зал ледовой арены, в котором мы проводили съемки, стремительно, словно после программы у него еще минимум десять совещаний. И начал с наболевшего:

– В этом сезоне много у нас стало актеров. Хоккеисты падают – и корчатся, словно у футболистов научились. Всем своим видом показывают, что им больно. Их уводят, а через смену-другую они снова на льду. И спокойно играют весь матч. Конечно, если хоккеист травмируется, к нарушителю нужно применять строгие меры. Но если у противника нет никаких повреждений, почему меня должны столь сурово наказывать? 3 – 5 матчей дисквалификации...

– Во встрече с "Трактором" вы, когда летели в форварда челябинцев Катичева и в итоге встретили его коленом в колено, просто не успели остановиться?

– Я ехал применять силовой прием. Соперник, увидев меня, попытался уйти от столкновения. И я по инерции влетел в него своим телом. Но у нас даже не хотят разобраться. Не могут понять, что я собираюсь играть в тело. Хоккеист передо мной начинает резко уходить, пытается избежать удара. Но мне-то уже не затормозить, вот по инерции и влетаю в него. Не пытаюсь выставить локоть, колено, еще как-то попасть... Тот факт, что игрок ниже ростом, судьи не учитывают. Как бы я ни шел в корпус соперника, если тот меньше меня, есть риск, что попаду ему плечом в голову.

– Не думали в тот момент, что Катичев может просто расстаться с шайбой – и тогда нарушение станет более явным?

– Нет, не думал. И, наверное, больше так делать не стану. Надо не в лоб на игрока идти, а сбоку подкатиться. Теперь буду аккуратнее.

НИКОГДА НЕ БУДУ БИТЬ В СПИНУ

Играть в силовой манере Артюхина приучил папа. Он, правда, хотел, чтобы сын был защитником, таким, как Вячеслав Фетисов. Но потом даже обрадовался, что Женя стал нападающим.

– Отец с детства готовил меня к НХЛ. У нас была цель – играть там. Поэтому папа говорил: "Надо действовать в силовой манере".

В НХЛ Артюхин провел 204 матча и несчитанное количество силовых приемов.

– Помню, в одном из матчей я хотел поднять игроку клюшку, но она соскочила и попала ему в лицо, – продолжал Артюхин. – Не считаю, что за это нужно дисквалифицировать. Человек ведь потом вышел на лед и продолжил играть.

– Несправедливо вас наказали?

– На лице у хоккеиста появилась кровь, поэтому мне должны были дать 4 минуты. Но не удалять до конца встречи с последующим пропуском матчей.

Синие кресла "Арены-Мытищи" чем-то напоминали "Орандж-Арену" в Братиславе. Там, кстати, Артюхин сыграл на своем единственном пока чемпионате мира. Тогда он удивил всех спокойствием, галантностью. Мило побеседовал с журналистами, а потом вышел на лед и в матче с чехами рассек голову Рахунеку, после чего встретил Михалека так, что тот больше не смог сыграть на турнире. Сейчас же Евгений заметил:

– Переживаю, когда травмирую хоккеиста. И никогда не буду бить в спину. Я не грязный игрок.

ЯЛАСВААРА МОГ ЗАЩИЩАТЬСЯ

Вспомнилось, как в начале этого года в матче регулярного чемпионата КХЛ от тогда еще выступавшего за СКА Артюхина прилично досталось зашитнику московского "Динамо" Янне Яласвааре. Та драка – кулаки российского форварда, окровавленное лицо финна – быстро облетела интернет. Минувшей весной жена Яласваары Анна Бессмертная призналась мне: "После случившегося в том матче у меня пропало грудное молоко (их дочери Сааре тогда было около трех месяцев. – Прим. М.М.). Мы не знали, сможет ли Янне видеть. Страшные ощущения".

– В том эпизоде в глаз Янне вы не целились? – вопрос родился сам собой.

– Нет. Я сбросил перчатки, он мог защищаться... Там ничего такого не было. Но за это меня наказали – получил три матча дисквалификации. С рук мне не сошло – в каждое слово хоккеиста пришлось вслушиваться, настолько тихо он их произносил.

НЕСИМПАТИЧЕН Я ТРЕНЕРАМ СБОРНОЙ

В свое время меня поразила одна история, услышанная от мамы Евгения. Однажды сын после тренировки пришел домой без ботинок. На вопрос: "Почему ты без обуви?" – ответил, что отдал ее мужчине, лежавшему на улице. Напомнила эту историю хоккеисту.

– Ему ботинки были нужнее, чем мне, – снова еле слышно произнес Артюхин.

– Имей вы больше свободного времени, чем бы занялись?

– Завел бы собаку. Среднеазиатскую овчарку. Маленькие мне не нравятся. С детства их не переношу.

Во время беседы мы не могли не коснуться темы сборной.

– Знаете, уже смирился с тем, что главный тренер меня не вызывает. Видимо, несимпатичен я ему.

На прощание поинтересовалась планами нападающего.

– Свой потенциал я еще не раскрыл. Работаю над тем, чтобы меньше удаляться и больше лезть на ворота. Вы еще увидите меня во всей красе, – пообещал Евгений.

В новом выпуске программы "Хоккей да Марья" вы узнаете:

? 121 минута штрафа – это много или мало?

? Какой у Артюхина любимый фильм?

? Что делают игроки при виде форварда-гренадера?

? За что пострадал финн Яласваара?

? Разрешит ли Евгений своей любимой завести маленькую собаку?