Учите фамилии ярославцев!

КХЛ. КУБОК ГАГАРИНА. 1/4 финала

В воскресенье "Локомотив" в великолепном стиле на родной арене победил СКА (4:1) и вышел вперед в серии

СКА – ЛОКОМОТИВ – 1-2

ЛОКОМОТИВ – СКА – 4:1 (0:0, 2:1, 2:0)

Голы: Картаев – 2 (Коньков, Плэтт), 24:04 – 1:0. Червенка – 6 (Мортенссон, Торесен), 26:29 – 1:1. Аверин – 2 (Плотников, Петров), 37:48 – 2:1. Плотников – 3 (Петров), 49:11 – 3:1. Коньков – 7 (п.в., Галимов), 58:06 – 4:1.

Вратари: Сэнфорд – Салак (57:45 – 58:06).

Штраф: 18 – 4.

Броски: 34 (10+13+11) – 34 (9+8+17).

Три лучших игрока: Коньков (Л), Плотников (Л), Сэнфорд (Л).

Судьи: Анисимов, Кулаков.

23 марта. Ярославль. "Арена-2000-Локомотив". 9000 зрителей (9070).

Счет в серии: 2-1 (0:1, 5:4 ОТ).

Четвертый матч: понедельник, Ярославль (19.00).

Юрий ГОЛЫШАК
из Ярославля

35-летний КИНГ

Геннадий Иванович Величкин, как известно, лучший друг всех хоккейных корреспондентов. Различает пишущие лица, помнит имена. Корреспонденты отвечают не любовью, так симпатией. Геннадий Иваныч у нас один.

Когда-то, выписав в Магнитогорск Дэйва Кинга, следом зазвал и корреспондента. Описывать первые шаги Кинга. Не знаю, что с этой задачей заокеанский специалист время спустя прекрасно справится и сам.

Тем корреспондентом был я. Нынче самое время вспомнить, как это было. Кинг казался стариканом, но не выцветшим – вполне себе бодрым. Ходил по городу – а за ним на уважительном расстоянии стая дворняг. Им Дэйв выносил из столовой "Металлурга" завтраки.

– Причем не только свои, – время спустя подметил бережливый Величкин.

В мордах дворняг Кинг разбирался не хуже, чем Величкин в корреспондентах. Каждую отличал, каждая получила имя. Каждая ждала Дэйва с гостинцами у старого дворца. Признав в Кинге доминирующего самца.

Все это безусловно располагало. Как и энергия канадского деда. Всяким шагом Кинг показывал – я не старец, нет!

Оттого восклицал там, где к месту были другие интонации.

– Начнем?! – вскричал он, сев напротив.

"Начнем" было первое русское слово Кинга. Вторым было – "защитник".

Через минуту я понимал – Дэйв действительно не ветхий. Этот дуб еще пошумит.

Рассказывал, как часто вспоминает 87-й год – тогда обыграл Советы на Призе "Известий". Как часто ему приходят хоккейные мысли во сне – и, проснувшись, первым делом нащупывает блокнот.

Память у Кинга была отточенная. Цепкая. Вспоминал, смеясь, про давние свои наблюдения:

– Я смотрел на скамейку сборной СССР – Виктор Тихонов, склонившись над одним игроком, что-то ему втолковывал. Вдруг момент, я обернулся на площадку… Но краем глаза увидел, что Тихонов как продолжал разговаривать с этим хоккеистом, так и продолжает. Не меняя позы и не глядя на лед. Пока до того не дойдет – разговор не закончит. Самое интересное, этот хоккеист начинал играть лучше. Такое бывало часто.

Писателя в Кинге я почувствовал уже тогда. В отличие от Величкина. Дэйв сверкал глазами. Речь его оставалась поэтичной, даже процеженная переводом:

– Просыпаюсь утром, смотрю в окно – все серое. Дождь у Урала. Все заволокло тучами. Но я рад – сейчас пойду во дворец и буду заниматься хоккеем. Это такой стимул жить! Я чувствую себя 35-летним – это самый прекрасный возраст!

ЧЕТЫРЕ РОЗЫ ПОД ПОРТРЕТ КОРОЛЕВА

После встречи с Кингом душа моя наполнилась светом. Хоть некоторое время звенело в ушах. И я искренне болел за тогдашний "Металлург", который играл восхитительно. Но внезапно сдулся в плей-офф. Напоровшись, кажется, на Петра Ильича и его злую "Ладу".

У тогдашнего Кинга была мечта – добраться до Тадж-Махала. У Кинга нынешнего, думаю, мечты скорректированы. До всех нас только сейчас начинает доходить, что Дэйв – отличный тренер. Даже если Питер пойдет дальше, можно сказать, что президент "Локомотива" Юрий Яковлев угадал. Как и когда-то с Владимиром Вуйтеком. Снова почувствовал, какой тренер нужен команде после Воробьева.

А роль Воробьева в нынешних успехах "Локомотива" огромная. Скорее всего, понимают это далеко не все хоккеисты. Так что рад озвучить эту мысль вслед за Олегом Знарком. Вот он-то понимает все.

Жаль, что ушел на сей раз Петр Ильич из клуба с обидой. На хоккей не ходит. Возможно, даже по телевизору не смотрит. В Майами наш хоккей не показывают.

Я прошелся вдоль арены. Молодежь стекалась к улице Гагарина со всего города. Автобусы битком.

Память у людей в этом городе отличная – имена сегодняшние на хоккейных свитерах фанатов встретишь редко. Зато мелькает в толпе "Антипов", "Демитра", "Михнов"…

На втором этаже, в холле, с одной стороны – портреты игроков нынешнего "Локомотива". Молодые красавцы в одинаковых рубашках, при галстуках. Чуть в стороне "Локомотив" тот, который наблюдает за всеми нами откуда-то сверху. А зайдешь за угол – портреты, игрушки, живые цветы. И видишь – молодая семья подходит с букетиком. Мама посылает сына – положи цветы вон туда. И карапуз, не все понимая, идет. Кладет четыре розы под портрет Игоря Королева. Кстати, в том Магнитогорске Игорь был любимым хоккеистом Кинга, если память не подводит…

А около комментаторской кабинки печальные скульптуры – варианты памятника погибшему "Локомотиву", который стоит нынче перед дворцом. Клюшки, сходящиеся в крыло.

НА ХОККЕЙ – НА "ДЕВЯТКАХ"

За час до матча на трибунах ни души – прорвался кто-то один. И давал жару прямо над камерой клубного телевидения СКА: "Вперед, "Локомотив", хэй, хэй!.."

И "Локомотив" был готов к подвигам – стрелял на раскатке по воротам с такой яростью, что разве шайбу не раскалывал о штангу. Салак наблюдал от своих ворот за этими бросками с тоской. Хоккеисты СКА катались вдоль синей линии меланхолично. Все слова сказаны.

Кто-то из ярославских болельщиков свешивался в проход, протягивая руку уходящим со льда хоккеистам СКА. Хафизуллин, добрая душа, протянул руку в ответ. Чудинов даже не оглянулся. Вот еще.

Напрасно мне казалось, что фанатов СКА до Ярославля добралось всего ничего. За воротами размахивала флагами такая толпа – будь здоров!

Их-то никаким предыгровым шоу не удивить – в "Ледовом" с шоу-программой все отлично. Но Ярославль выдумал такое, что поражены были даже они. То ли сами додумались, то ли вспомнили Олимпиаду – на каждом сиденье лежал фонарик. Выключили свет – и загорелись сотни свечей. Потрясающе.

"Локомотив" атаковал остро – СКА отвечал задумчивыми проходами. Все по учебнику. Так же степенно, по-барски гости разыгрывали большинство. Ярославль играл в хоккей озорной. Который кто-то назвал бы "канадским". Есть возможность бросить? Бросаем! Выглядело это весело, народу нравилось. С каждой минутой преимущество хозяев крепчало. Салак проводил время соблазнительно ярко – отбивал новый и новый бросок.

То ли СКА был тяжеловат, то ли экономили силы на концовку. Помня матч номер два. 0:0 после первого периода. Но ноль "Локомотива" был чуть тяжелее. За малым не обратился в единичку. Заводил команду Горохов, становившийся чемпионом с Ярославлем еще в пору, когда команда называлась "Торпедо". Играла во дворце, вмещавшем тысячи три зрителей. Ездили звезды тогдашнего хоккея на "девятках" в экспортом исполнении.

ОСТРОВ ПОГАСШИХ ВУЛКАНОВ

За этими воспоминаниями застал меня гол "Локомотива" – Плэтт бросал по тем самым воротам, за которыми сидели фанаты СКА. Салак отбил – точно на Картаева, тосковавшего на пятачке. Думал Картаев, подарки судьбы иссякнут на овертайме питерского матча. Оказалось, праздник только начинается.

Отыгрался Питер руками Червенки буднично. Было в этом голе что-то демоническое. Так легко, так быстро. Кинг сновал вдоль лавки, утешая своих: еще светла дорога и ясны глаза…

Многие игроки нынешнего "Локомотива" играют в этом плей-офф так, как не умеют. Или не умели еще недавно. Посмотрите на Плэтта. Или Аверина. Гол в ворота СКА соорудил невероятный. Было в этом проходе что-то эстрадно-цирковое. Ярославль заставляет всех выучить эти фамилии – Плотников, Аверин, Черников, Апальков…

Юкка Ялонен смотрел на лед с тяжелой печалью. Уставший СКА походил на остров погасших вулканов. Если бы Ялонен мог – заговорил бы словами Казимира Алмазова: "Вот это подножка мастеру манежа". Если СКА снова не доберется до Самого Главного Кубка, Ялонен вполне может получить от начальства наградные ходики и билет на поезд "Лев Толстой". В один конец, до Хельсинки.

"Локомотив", исстрадавшись в первом питерском матче, внезапно поймал кураж. Все, как в серии против "Динамо". Поймал то, что пианист Денис Мацуев называет "импровизационное настроение".

Фанатские барабаны гнали СКА вперед. Пришлось просыпаться – момент у Шипачева было невероятный. Но вместо гола СКА получил лишь право отыграть две минуты в большинстве. Две минуты вместили один момент – блистательный Сэнфорд среагировал на бросок Торесена. Умом не понять, как.

Удивлял Сэнфорд – удивил и Салак. Проспавший дальний бросок Плотникова. Сэнфорд, усмехаясь, отражал минуту спустя бросок Торесена с полуметра. Каждому свое.

"Локомотив" совсем не похож был на ту команду, которая по делу уступила в первом матче в Питере и чудом зацепила второй. В этом же переиграли СКА во всем, переиграли полностью. Не просто перебегали.

Тем интереснее, что будет дальше. Для СКА и этих больших хоккеистов во главе с Ковальчуком все только начинается.