«Это поколение уже ничего не сделает. 40 лет пройдет, будет порядок». Хабиб — о ситуации в Дагестане и своем будущем

«В трэшток лезть не буду. Пусть сами разбираются»

— Если боец из вашей лиги будет говорить про другого бойца, что тот забеременел, а другой в ответ будет отвечать так же жестко — как будете к этому относиться?

— Это дело личное. Не мне же отвечать за эти слова. Если человек из моей команды, то я, конечно же, буду относиться к этому плохо. Ну, не совсем плохо, но сделаю замечание хотя бы. Но те слова, что вы произнесли, — они как минимум неуважительны. Мужчины не беременеют. Но с моей стороны было бы неправильно говорить, что это плохо, если боец не из моей команды. Если человек из Краснодара, Питера или Москвы — пускай сами разбираются.

— Это была ваша цитата о Коноре, после которой получился ваш поединок — и он стал одним их самых громких в истории. Как бы вы отреагировали, если бы в вашей лиге разгорелся конфликт такого масштаба?

— Пускай сами разбираются. Я туда лезть не буду. Например, если мы договоримся провести бой Исмаилов — Минеев в сентябре тут, в Москве, и если они будут друг на друга что-то говорить — пускай говорят, пускай сами отвечают за свои слова.

«Хабиб помог 50 наркозависимым. Приходит, разговаривает с ними». Такого о чемпионе UFC вы еще не знали

«Вероятно, мы первая лига в России, которая зарабатывает деньги»

— Говорили с Даной Уайтом о том, чтобы для бойцов EFC была льгота по переходу в UFC?

— Об этом как такового договора у нас с ним нет, но я знаю, что Дана следит за нашей лигой. А я хотел бы сказать, что как минимум двое наших бойцов готовы биться в UFC: это Ризван Куниев — я уверен, что в тяжелом весе он сможет конкурировать против лучших бойцов мира, против топ-15 точно, — и Мехди Дакаев — думаю, что он тоже боец мирового уровня.

Я ведь сам здесь [в России] выступал, и у меня тут был рекорд 16-0. В то время мне предлагали драться за пояс и в M-1, и в ProFC, где я, кстати, провел свои последние бои до того, как перешел в UFC. И на тот момент мне не были интересны пояса в российских лигах — я просто смотрел за океан. И если здесь у нас такой боец появится, если он будет чемпионом, и будет защищать свой пояс, и если нам скажет: «Ребята, моя мечта с детства — выступать в UFC», — то я, конечно же, против не буду. Я ему позволю уйти и даже помогу [попасть в UFC]".

— В свое время бойцы М-1 получали преимущество в силу официального соглашения с UFC. Будет ли у вас такое соглашение?

— Таких соглашений с UFC пока нет, но это хорошая идея. Хорошо, когда все зафиксировано на бумаге. На словах — это одно, но бумаги делают дела. Поэтому какое-то бумажное соглашение я определенно хотел бы.

— Будут ли турниры вашей лиги показываться на UFC Fight Pass?

— После того как я сказал, что наш турнир будет транслироваться на Fight Pass, к нам обратилось очень много стриминговых компаний, которые хотели бы заплатить побольше. Они такие: «А сколько вам хотят платить за Fight Pass?» Я такой: «В смысле — они хотят заплатить?» Они в ответ: «Мы бы вам больше платили». И я такой: «Опачки... Подождите, а мы здесь подумаем». Хотелось бы отметить, что у нас сейчас идут переговоры, которые к июню должны закончиться, — там есть пара стриминговых платформ, которые хотели бы, чтобы наши турниры транслировались у них. Так что кто больше заплатит нашей лиге, туда мы и уйдем.

— Надолго ли вас может хватить в качестве руководителя? Потому что, например, когда видишь бухгалтерские отчеты, где нет прибыли, понимая, что вваливаешь деньги, но по факту с этого ничего не получаешь...

— А кто сказал, что мы в минусе? Мы очень хорошо зарабатываем. У нас хорошие спонсоры, у нас хорошая сделка с «Матч ТВ»... Вероятно, мы первая лига, которая зарабатывает деньги. После того как я стал владельцем этой лиги, мы еще не уходили в минус. С каждым турниром наш капитал растет, бренд растет. Деньги есть, так что двигаемся дальше.

«Маге Исмаилову нужно учиться бороться»

— Что думаете насчет проведения суперсхватки по грэпплингу с Магомедом Исмаиловым? Это событие могло бы стать самым главным и значимым событием в российских единоборствах.

— Не, ну я если даже выйду против Миши Галустяна или там Андрея Кириленко — это тоже вызовет большой ажиотаж. Правильно же? Представьте, я и Кириленко боремся. Это же в любом случае будет интересно? Весь баскетбольный мир будет следить за этим событием, американцы посмотрят, мои фанаты и так далее. Любая стриминговая компания взлетит, если покажет данное событие. А Мага пускай учится бороться... Что я могу сказать? Минеева не посадил, что ему со мной бороться-то? Правильно же, да? Тем более сейчас я не меньше [по габаритам], чем он. Пускай Мага учится бороться. Ему только не показывайте это видео. (Смеется.)

— А есть ли боец, с которым хотелось бы побороться именно по правилам грэпплинга?

— По правилам грэпплинга? Ну я со многими боролся, в том числе с чемпионами ADCC. Даже не знаю, с кем можно побороться... Ну знаете, грэпплинг никогда не был интересен мне. Вы говорите — Джордан Барроуз; да, хороший борец, ну а с ним в партере поборешься? Это может собрать какой-то ажиотаж, привлечь аудиторию, но пока таких планов нет. Слишком напряженный график, слишком заняты. Опять к чему-то готовиться, опять идти в зал, сидеть на диете, тренироваться, готовиться... Не, тут и разговора быть не должно. Я сейчас хожу в зал, делаю кардио, качаюсь, стараюсь держать себя в форме — так, чтобы на спортсмена хотя бы был похож.

Душил до отключки. Брат Хабиба брутально дебютировал в UFC

«Любому бойцу с фамилией Нурмагомедов будет тяжело»

— Как относитесь к тому, что бойцы из вашей команды отказываются драться друг с другом?

— Понятно, что если ты с человеком тренируешься пять-шесть лет, десять лет или даже два-три года, то с ним драться как-то тяжело. А если просто знакомые не хотят драться, то тот же Серёга Жаткин предупреждает: «Давай лучше не будем подписывать». До того как мы подписываем бойца, мы его предупреждаем, сказав: «А вот ты знаешь, что вот эти твои знакомые в твоем же весе идут к той же цели, что и ты. Понимаешь, что вы встретитесь?» Была пара случаев, когда они говорили: «Да, есть такое — я не буду с ним драться». И они не подписывали договор. Просто не хочу имена перечислять.

Это явно мешает лиге. Если есть два явных претендента, то кому дать? Или если твой друг чемпион в этом весе, то переходите в другую лигу — и на этом все. Я к этому отношусь 50/50. Я бы не хотел и никогда бы не подрался со своим близким человеком. Опять же, а как я провел все эти 16 боев до UFC? Думаете, я их не знал? Я же знал их. Так что это очень спорный и двоякий вопрос.

— Основной костяк вашей команды находится в Лас-Вегасе. Вы не с ними, а заняты делами лиги...

— Да. Они уже подкалывают. Говорят: «Что же ты такой занятой, Абдулманапович» — по отчеству аж. «Давай прилетай, ты чем там». Я в конце месяца там буду. Весь март, скорее всего, там проведу: 6 марта дерется Ислам (Махачев), 13 марта — Зуба (Зубайра Тухугов), 27-го дерется Абубакар (Нурмагомедов), Умар (Нурмагомедов) тоже дерется, скорее всего. И 2 апреля на турнире Bellator в Коннектикуте дерется Усман (Нурмагомедов). Март месяц будет серьезным, а также начало апреля. И я там проведу все это время.

— Абубакар дебют в UFC проиграл, и ему, наверное, тяжелее всех. Какое у него состояние сейчас, в какой он форме?

— Сейчас он в форме примерно на 60 процентов. Каждый день тренируется по два раза. Поэтому я им предложил всей основной командой полететь в США. Однозначно будет тяжело. Любому человеку с этой фамилией — особенно если со мной в родственных отношениях. Им будет тяжело из моей тени выйти — это всем понятно. Так что пускай выбираются. Но зато у них есть внимание и помощь — у меня такого не было. В данном случае есть плюсы и минусы, но я думаю — в основном плюсы.

«Волкову нужно работать как работал, не убирать ногу с газа»

— Александр Волков — самая обсуждаемая фигура в российских ММА прошлой недели. Могли бы вы ему порекомендовать тренироваться с Даниэлем Кормье — насколько это могло бы быть продуктивно, например, при подготовке к бою с Кертисом Блейдсом?

— Кормье сейчас особо не тренируется. У него травма, была операция, он только оставил спорт, ему уже за 40... Думаю, Саше нужно идти как он идет, не убирать ногу с газа, пахать. Он с каждым годом прибавляет, становится опытнее, лучше. И для тяжа у него очень хороший возраст.

— То есть ему не надо никуда ехать?

— Нет смысла. Просто можно к себе [в зал] привлекать борцов. Оверим — это Оверим. А там дальше Блейдс, Миочич, который в ногу проходит и сажает. Нужно работать как работал, но и добавлять. Потому что чем дальше — тем сильнее будут соперники.

Выигрыши Махачева у Хабиба, поцелуи в губы Кормье и чушь Рокхолда в стиле Трампа. Тайны АКА от Хавьера Мендеса

«Пояс UFC — как камень на плечах»

— Вы говорили, что будете встречаться с Даной Уайтом в Лас-Вегасе.

— Всегда у нас проходят встречи... Что-то вот эта тема мусолится, мне она неприятна. Когда я в Вегасе бываю, я постоянно встречаюсь с ним. Где-то видимся... Чаю попить, поужинать. Между нами идет диалог, но я бы хотел, чтобы это осталось между нами. Коротко скажу: я сказал ему, что мне не нравится, что дивизион стоит и что из-за меня есть какой-то простой.

Одновременно с этим понятно, что топовые бойцы уже подрались, что уже примерно понятно, кому за пояс драться, а у кого будет претендентский бой, что бой [чемпионский] нужно провести где-то в мае-июне, нет положения, где нужно быстро принимать решение. Но я бы хотел, чтобы была определенность, я Дане об этом уже сказал — все, что нужно в этом спорте, я уже сделал. Я бы не хотел, чтобы на мне что-то зацикливалось. Все, что нужно было, я в этом спорте сделал. Я свое слово сказал. Желание Даны я понимаю — потерял того, потерял меня. Многих теряет. В этом виде спорта нужны люди, которые приносят деньги. А он владелец организации... Его положение я понимаю. Но хотелось бы, чтобы и мое положение поняли.

— Освобождение титула в легком весе снимет разговоры о возможном возвращении?

— Конечно, снимет, мне легче станет. Камень на плечах будто какой-то. Пускай назначают бой за вакантный титул, претендентский бой. У меня же там есть свои люди в этом весе — дос Аньос, Гэтжи, Порье, тот же Конор (всех их Хабиб ранее побеждал. — Прим. «СЭ»). Их победы еще будут меня где-то на слуху держать.

— Лишение титула в легком весе...

— Ничего не поменяет. У меня дома четыре пояса — два старых, два новых.

— Лишение титула в легком весе все равно оставит для Даны дверь открытой?

— Дверь всегда будет открытой. Не думаю, что хотя бы какая-то пресс-конференция пройдет без вопроса: «Думаешь ли вернуться?» Я вчера об этом разговаривал, сюда пришел — и снова тот же вопрос. Эти разговоры всегда будут. Вот был боксерский поединок — когда Хаглер дрался с Шугар Рэем Леонардом. Он после него ушел. Люди долго его настигали: «Вернешься? Вернешься? Вернешься?» У него же до этого было 12 подряд защит титула. Такая звезда — Хаглер... И он просто ушел. Он не вернулся. Прошло десять лет, и ему все равно задавали один и тот же вопрос: «Вернешься ли ты?»

— То есть у вас про это и в 40 лет будут спрашивать?

— Думаю, да. Потому что были же случаи, когда люди и за 40 становились чемпионами UFC.

— Но тренируетесь не для этого?

— Тренируюсь для души, так скажем. Сегодня утром 45 минут кардио, 40 минут качки сделал.

— Переживаете, что можете заплыть?

— Я могу заплыть. Но не из-за этого тренируюсь. Встретил где-то на улице... Ну ты понимаешь. Еще могу отпор дать. (Улыбается.)

«Петр Ян? Пацан из деревни стал чемпионом лучшей лиги мира. Практически такая же история, как и у меня»

— Вы хорошо относитесь к Петру Яну. В этом же дивизионе выступает Умар Нурмагомедов. Обрадует ли вас тот факт, если Умар дойдет до боя за пояс...

— Еще долго, ребят. Он [Умар] только подрался. Ему еще надо года два биться, чтобы туда [до боя за титул] дойти. Будет ли Петр там... Сейчас говорить об этом, фантазировать — неправильно. К Петру у меня хорошее отношение. Пацан из деревни вышел и стал чемпионом лучшей лиги мира. Практически такая же история, как и у меня. В любой сфере, в любой работе, если человек становится лучшим, у меня к этому человеку всегда будет правильное, хорошее отношение. Так что... Такие вопросы задаете иногда — Петр выиграл, рад, не рад... Глупые вопросы, если честно. Если они с Умаром встретятся — подерутся, выиграет сильнейший. Скоро у Петра бой. Желаю ему победы. Если победит, буду радоваться за него.

— Почему Петр Ян менее популярный, чем вы, когда cтали чемпионом UFC?

— Во-первых, весовая категория... Во-вторых... Не знаю даже... К титулу я где-то шесть лет шел. Были травмы, громкие бои, отмены боев. Постоянно была какая-то движуха в СМИ. Из-за этого, думаю. А он быстро дошел до титула. Может, если бы он бы первым чемпионом... Много факторов.

«В полусреднем весе точно не буду драться»

— Если титул в легком весе забирают...

— Не забирают. Оставляют. Хотели забрать — не смогли.

— Вы сказали, что поднабрали мышечной массы...

— Нет, я все в том же весе.

— Но есть ли возможность, что состоится бой между вами и Сен-Пьером в 77 кг, если вы не будете уже в статусе чемпиона в легком весе?

— В 77 кг я точно драться не буду. Это вообще не моя природная весовая категория. Когда я в хорошей форме, у меня вес 82 кг. Сгонять на 77 и в бою весить 80-81 против лучшего бойца в истории этого веса? Это знаете что напоминает... Как в детстве дерешься с каратистом, взял его за ноги, повалил, а он говорит: «Как мужчина, в стойке дерись!» Ну мы же в стойке начали, да? Понимаешь, о чем говорю? Я чемпион в легком весе, и мне было бы интересно в легком что-то.

— Что чувствуете, когда видите, как проигрывают легенды ММА — как, например, Фрэнки Эдгар?

— Абсолютно с пониманием к этому отношусь. Писал менеджеру, Алишке (Али Абдель-Азизу. — Прим. «СЭ»), спрашивал, как он [Эдгар] себя чувствует. Нокаут тяжелый был... Я знаю Эдгара, знаю его семью, детей. Были такие чувства... Иногда ставишь себя на его место. Улететь в нокаут, когда твои дети уже все понимают. У него дети борются, в соревнованиях уже участвуют, им 7-8 лет. Это неправильно. Должны быть рядом люди, которые скажут: «Все, хватит». Деньги же можно и другими путями зарабатывать. Надо уметь вовремя останавливаться.

«Если спорт важнее учебы — будет расти социально опасный человек»

— Недавно вы опубликовали стих в Instagram в связи с последними событиями в Дагестане и написали, что корень решения проблемы лежит в воспитании. Какие видите базовые черты характера, которые нужно вложить подрастающему поколению?

— Это поколение там уже ничего не сделает. Здесь уже есть определенный менталитет, определенные связи-завязки и так далее... Это поколение уже... А будущее — да: дети, если их правильно воспитать. Я вот сейчас Маге [Исмаилову] объяснял. Я говорю ему: «Как в школе учился?» Он отвечает: «Плохо». Я: «Не говори — плохо. Потому что на тебя смотрит ребенок 7-8 лет, и он подумает: «Вот же, Мага Исмаилов учился плохо, и я могу учиться тоже плохо».

Это поколение уже ничего там не сделает, я стопроцентно уверен. Надо растить новых. Помните, как в истории было, когда Моисей скитался 40 лет по пустыне, — это ведь было сделано для того, потому что поколение то не было готово. Всевышний сделал так, чтобы оно поменялось и чтобы новое поколение пришло. Поэтому и у нас 40 лет пройдет, новое поколение появится, и порядок там будет.

Нужно воспитывать детей в правильном русле. В первую очередь говорить, что они должны учиться, а не спортом заниматься. Если только спорт, а потом учеба — то будет расти социально опасный человек без ума, без мозгов. Нужно детям прививать с детства, что учеба на первом месте. Я всегда так рос, отец задания давал. Кто тогда со мной тренировался, сейчас говорят: «Мы думаем — какой из тебя спортсмен? Из тебя учителя нужно было делать». Настолько у меня фокус на учебе был.