Очень северная Корея. Восемь ужасов Пхенчхана в одном тексте

Дмитрий ЗЕЛЕНОВ,
Дмитрий СИМОНОВ
из Пхенчхана

1. ПРОМЕРЗЛИ ДО КОСТЕЙ (НО ЭТО ЕЩЕ НЕ ТАК ПЛОХО)

 

Ждут ли в сборной по биатлону Шипулина? Отвечает Рикко Гросс

В Пхенчхане адски холодно. На приборах минус 14, но организм их ощущает как полновесные двадцать. Ветрище и суперпрозрачный воздух добивают окончательно. Телефоны разряжаются с космической скоростью, щеки немеют, руки без теплых варежек не слушаются. И это не нытье – мы из России и знаем, что такое холодно – один из нас и в прорубь, случалось, нырял. Тут морозы – чужие, колючие.

После вечерней тренировки биатлонистов, когда вдарило еще сильнее, Матвей Елисеев с трудом сказал "очень холодно" – это был ответ на просьбу об интервью. Семенили к теплым раздевалкам норвежцы и шведы, остервенело хлопали себя по бокам братья белорусы.

Кто бы мог подумать, что Корея окажется настолько северной!

Говорили, Пхенчхан станет самой холодной зимней Олимпиадой в истории, но воздушные потоки внезапно изменили направление – в ближайшие дни ожидается потепление. И на церемонии открытия, возможно, будет терпимо. Впрочем, из российских спортсменов на нее все равно никто не пойдет.

2. ГОЛЫЕ ДЯДИ (ВОТ ЭТО СТРАННО)

Инсталляции, установленные недалеко от главного пресс-центра Олимпиады, носят гордое название "Люди-пули". Фото Дмитрий СИМОНОВ, "СЭ"

Инсталляции с биеннале Пхенчхана, размещенные возле главного пресс-центра Олимпиады, сразу приковывают взгляд. Популярный корейский арт-дизайнер, чье имя вы все равно не запомните, придумал три статуи под названием "Люди-пули". Но только самые прогрессивные оценили эстетику произведения.

Наверное, при большом желании "Людьми-пулями" можно восхищаться и сравнивать с творениями античных времен. Но на наш взгляд, это просто три голых Дарта Вейдера, с высокой детализацией выдающейся наготы. Почти фотографической детализацией. Это несколько не вяжется с сутью и ценностями Олимпиад и, в общем-то, пресс-центра.

Впрочем, с заветами Кубертена давно ничего уже не вяжется.

Разобраться, откуда что взялось, в Твиттере помогла коллега, знакомая с обычаями Кореи. По ее словам, в Корее есть своего рода "культ мужского полового органа". Многие темы, которые у других народов – табу, здесь являются обыденностью. Как доказательство – сразу несколько парков и музеев соответствующего содержания.

Орел с огромной ракетой между лапами. Фото Дмитрий СИМОНОВ, "СЭ"

А уже уходя из пресс-центра, мы увидели еще одну скульптуру modern art – орла с огромной ракетой между лапами. Но автор не доработал. По логике этой Олимпиады, орел должен был быть двуглавым.

3. ПОМОЖЕМ ДО СМЕРТИ

Понедельник. Пхенчхан. Спецкор "СЭ" Дмитрий ЗЕЛЕНОВ в аккредитационном центре Олимпийских игр. Фото Дмитрий СИМОНОВ, "СЭ"

Какие же они все-таки славные – корейские волонтеры! Помочь здесь хочет каждый – и не один, а с десятком друзей. Даже если ответ на вопрос неизвестен, вам никогда не скажут "нет" или "не знаю". В крайнем случае передадут по цепочке следующему волонтеру. Но эффект это дает не всегда.

Накануне вечером, когда из Сеула мы приехали на вокзал Каннына, нас обступила толпа помощников, и путь в 500 метров, который мы с помощью навигатора собирались преодолеть пешком, превратился в важное путешествие на автомобиле с водителем. Отказать было невозможно, несмотря на то, что пешком было быстрее.

На следующий день готовность местных помочь уже стала досаждать. Днем мы зачем-то спросили у волонтеров, где находится ближайший обменный пункт. Нас опять посадили в машину и повезли куда-то далеко, а потом – в другое место. Нужного банка не нашли, а пока мотались, опоздали на поезд в горный кластер. На просьбы вернуться на вокзал ребята молчали – знание английского в стрессовых ситуациях у волонтеров пропадает. Часа полтора спустя десять человек как ни в чем не бывало желали нам счастливого пути на платформе. Когда закрылись двери, мы вздохнули с облегчением.

5. ЧЕТЫРЕ (НЕ ПРОИЗНОСИТЕ ЭТО ПО-КОРЕЙСКИ!)

Пятый и третий - соседние этажи. Фото Дмитрий СИМОНОВ, "СЭ"

 

"СЭ" - уже на Олимпиаде. Нас не остановила даже буря!

В дни перед Олимпиадой мы временно поселились не в медиа-деревне, а на берегу в странном мотеле, где каждому посетителю (или посетительнице) выдают зубную щетку, зубную пасту, три геля, смазку, клубничный презерватив, лак и резинку для волос.

Но догадки, что это за мотель, отошли на второй план после другого важного наблюдения. Нас разместили на соседних этажах, пятом и третьем. Да, с пятого можно сразу спуститься на третий, а с третьего подняться на пятый. Четвертых этажей в Корее, как правило, формально нет (их не закрывают, как 13-е этажи кое-где в Америке, а просто называют четвертые пятыми). Здесь, как и в Китае с Японией, существует тетрафобия – боязнь числа "4". Изначально это связано с тем, что в китайском языке слова "четыре" и "смерть" пишутся по-разному, но звучат одинаково. А в Китае, где тетрафобов больше обычного, этого зловещего числа стараются избегать даже в автомобильных номерах.

Но это, как говорится, еще что.

Когда Дмитрий Симонов (текст мы пишем вместе, и здесь переходим на третьи лица, чтобы распределение ролей стало понятнее читателям) зашел утром в номер к Дмитрию Зеленову, то вначале подумал, что ошибся – постучал в номер 304 вместо 305-го. Но ошибиться было трудно: номер Дмитрия Симонова 505 находится точно над номером Зеленова 305 и полностью повторяет его архитектурно. И мы оба точно помнили, конечно же, в номерах с какими номерами мы живем. Но номера номеров начали меняться таинственным образом. Причем даже прямо во время написания текста. Теперь уже Зеленов вечером зашел к Симонову, чтобы обсудить репортаж – и обнаружил пропажу вывески с двери. Пока что номер остался, что называется, без номера – но у нас нет сомнений, что завтра на месте 505 появится 504.

Что происходит с нами? Зачем? Не зловещий ли это знак?

Короче, теперь мы на всякий случай не включаем телевизоры, чтобы из них вдруг не вылезла девочка.

6. ЛАПША ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ

Столовая пресс-центра – вечный повод для недовольства журналистов. В Ванкувере пять долларов стоил банан, в Сочи неадекватно много просили за напитки. Корейцы решили покончить с разговорами и сделали питание бесплатным! Правда, не все – а только традиционную быстрорастворимую лапшу. Здесь ее три вида – острая, очень острая и невозможно острая. Мы испробовали на себе средний вариант – вроде есть можно! Но, наверное, не две недели подряд.

7. ВОССТАНИЕ МАШИН

Хай-тек по-корейски: робот-пылесос в пресс-центре. Фото Дмитрий СИМОНОВ, "СЭ"

Роботы во многих вещах заменили человека. Особенно в Корее. По коридорам пресс-центра ездит говорящий робот-пылесос, который почему-то не обращает внимания на людей. Если ты стоишь рядом в очереди за кофе, он может бесцеремонно атаковать твою ногу.

Что же будет через пять лет?

8. ПУСТОЙ ФЛАГШТОК

Горько смотреть на многообразие чужих флагов в олимпийском пространстве. У подножия потрясающего по красоте трамплина, или на входе в лыжный комплекс, или у въезда в олимпийскую деревню – везде государственные полотна, и только нашего, бело-сине-красного флага не хватает. Особенно резанул одинокий пустой флагшток между флагами Кореи и Греции на подходе к биатлонному стадиону. Будто кто-то сорвал только что.

Символы, которые начинаешь ценить. Недалеко от пресс-центра увидели на обочине белорусский флажок – сорвало ветром с машины делегации. Подняли, нашли девушку в белорусской форме, вернули. Она была очень благодарна.

– Хотя бы вы будете с флагом, – попрощались мы.