Рио-2016. Виды спорта. Легкая атлетика

Рио-2016

24 апреля 2016, 19:45

Лондон подарил России надежду на Рио

Наталья Марьянчик
Обозреватель
В британской столице прошла встреча руководства Всероссийской федерации легкой атлетики (ВФЛА) и Международной федерации (ИААФ), на которой обсуждались перспективы наших легкоатлетов выступить на Олимпийских играх-2016 в Рио-де-Жанейро.

БОРТ ИМЕНИ БРУМЕЛЯ – ХОРОШИЙ ЗНАК

Лондонское совещание – первая большая встреча на выезде с начала 2016 года. Накануне его стала известна окончательная дата летнего Совета ИААФ – 17 июня в Вене. Именно в этот день и будет принято решение, поедут наши легкоатлеты на Олимпийские игры или нет. Хотя формально комиссия ИААФ под руководством норвежца Руне Андерсена никак не ограничена в сроках и вольна подготовить свой отчет когда угодно, дальше тянуть уже просто нет никакого смысла. 20 июня стартует чемпионат России в Чебоксарах, и его участники имеют право знать: борются ли они за путевки на Олимпийские игры.

На встречу в Лондон российская команда отправилась в представительном составе – помимо члена Совета ИААФ и генерального секретаря ВФЛА Михаила Бутова и руководителя Временного координационного комитета Олимпийского комитета России Геннадия Алешина, в состав делегации вошли нынешний президент ВФЛА Дмитрий Шляхтин и представитель юридического департамента Министерства спорта. Интересно, что самолет, на котором добиралась до столицы Великобритании наша делегация, носил имя легендарного советского прыгуна в высоту Валерия Брумеля.

– Хороший знак! – отметил в соцсетях Михаил Бутов, прикрепив фото борта.

Неразглашение в прессе деталей рабочих совещаний – одно из правил игры, которому представители ВФЛА и ИААФ неукоснительно следуют. Однако очевидно, что речь в Лондоне шла о тех пунктах требований для восстановления членства, в которых у ВФЛА возникают затруднения.

Так, например, согласно опубликованным критериям, ВФЛА обязана завершить все дисциплинарные дела по российским легкоатлетам, которые находятся на рассмотрении. Этот процесс идет достаточно оперативно, отсюда и поток новых фамилий и сроков дисквалификации. На днях, например, было объявлено о четырехлетнем отстранении участницы юниорского чемпионата мира в тройном прыжке Валерии Федоровой. С одной стороны, обидно – перспективную 20-летнюю спортсменку, мы, видимо, потеряли навсегда. С другой - с точки зрения ИААФ это прогресс – чем беспощаднее будут наказания, тем больше мы продемонстрируем свою лояльность.

Еще один "тонкий" момент – интервью со всеми действующими и бывшими спортсменами сборной, и особенно с теми, кто успел отбыть допинговые дисквалификации. ИААФ требует от ВФЛА выступить в роли следователя и добиться от этих людей конкретных сведений, кто и каким образом предлагал им допинг. В то время как по российскому законодательству никакого права оказывать давление у представителей ВФЛА нет. Никто отвечать на их вопросы, тем более искренне, в принципе не обязан.

В основном противоречия между объявленными ИААФ критериями и российской реальностью лежат в поле различия законов и менталитетов. Наша делегация наверняка делает все возможное, чтобы донести до международной федерации свою позицию. Вопрос только, успеем ли и захотят ли нас услышать...

В МАЕ CAS ПРЕДСТАНЕТ СУДОМ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ

После завершения двухдневной рабочей встречи на вопросы "СЭ" ответил генеральный секретарь ВФЛА и член Совета ИААФ Михаил Бутов.

– Почему в этот раз встречу с ИААФ провели именно в Лондоне?

– Видимо, потому что так было удобно членам комиссии. Никаких особенных причин нет.

– Расскажите, о чем шла речь в течение этих двух дней?

– Мы договорились, что выносить детали на публику не будем. Но, в принципе, я в любом случае не смог бы вам рассказать ничего сенсационного. Каждый раз на наших совещаниях происходит одно и то же: мы обсуждаем, что уже было сделано, что еще предстоит, что сделано не до конца. В общем, обычный рабочий процесс.

– Чтобы выступить на Олимпийских играх, наши легкоатлеты в любом случае должны сдать как минимум три внесоревновательные допинг-пробы. Как идет процесс тестирования?

– Он идет. Пул тестирования сформирован, пробы у спортсменов берутся, все нормально.

– В этот пул входят чуть более 200 человек. Это только кандидаты на Олимпиаду или нет?

– Нет, это количество также включает юниорскую и юношескую команды. У юниоров в этом году первенство мира, у юношей – первенство Европы. Чтобы выступить на этих соревнованиях, они также должны сдать установленное количество проб.

– Как идет процесс сбора интервью у всех спортсменов сборной?

– Мы добились в этом плане большого прогресса. Правда, те спортсмены, кто уже завершили карьеры, не всегда видят для себя смысл в этих интервью. Но мы работаем...

– Было объявлено, что в мае Спортивный арбитражный суд в Лозанне (CAS) рассмотрит 12 дел российских легкоатлетов. Что это за дела? Я правильно понимаю, что в их числе будет и дело олимпийской чемпионки и одного из героев доклада комиссии ВАДА Марии Савиновой?

– Я не уверен, что этих дел именно 12 – такую цифру я впервые увидел в прессе. Там совершенно разные дела по содержанию, но их объединяет то, что CAS предстает судом первой инстанции. ВФЛА потеряла право выносить решения по санкциям для спортсменов, в том числе тех, кто упоминался в докладе Независимой комиссии ВАДА. Теперь функцию расследования и разрешения этих дел временно взял на себя CAS. Поэтому неправильно говорить, что там будут рассматриваться чьи-то иски или апелляции.

– Что теперь будет происходить до 17 июня, когда мы узнаем окончательное решение ИААФ?

– Мы хорошо знаем свои задачи и постепенно их решаем. Будет продолжаться большая работа по изменению отношения к допингу в нашем обществе, будет много более мелких текущих действий. Насколько я знаю, члены комиссии ИААФ постепенно готовят свой доклад, и все, что мы предпринимаем, будет там отражено.

– Судя по их реакции, у вас есть какое-то предчувствие?

– Этот вопрос я оставлю без комментариев.