Как мы уже сообщали, в пятницу в гостях у "СЭ" побывал министр спорта России

СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ЦЕЛЬ – БЫТЬ ПЕРВЫМИ В МИРЕ

– Летний сезон практически завершен, можно подводить первые итоги. Насколько они вас радуют или огорчают?

– По общему количеству медалей мы находимся на втором месте, а золотых наград у нас и вовсе 27. Поэтому уже сейчас, пусть даже несколько чемпионатов мира еще впереди, можно сказать, что сезон получился хороший. Нельзя не упомянуть и о первенствах мира среди молодежи – тут у нас вообще большое превосходство. Ясно, что в летних видах проделана значительная позитивная работа.

При этом двигаемся мы по всем направлениям – хотя и с разной скоростью. К примеру, произошел настоящий прорыв в тяжелой атлетике. А в проблемных для нас видах – академической гребле, пулевой стрельбе – мы сменили тренеров, утвердили программу развития. Но в целом, повторяю, я удовлетворен.

Ну и, конечно, мы на хорошем уровне провели несколько крупнейших соревнований – чемпионат мира по легкой атлетике, Универсиаду и другие турниры.

– Значат ли ваши слова, что никаких организационных проблем при проведении этих соревнований не было?

– Вообще никаких. До сегодняшнего дня получаю благодарности и положительные отзывы.

– Но какие-то уроки перед Олимпиадой вы все же извлекли?

– Конечно. Надо больше использовать свое наследие и потенциал. Мне хочется, чтобы люди, которые работают в подобных проектах, участвовали и в следующих. А то у нас в каждом проекте все как в первый раз. Понятно, что везде разные подходы, технологии подготовки, но наследие должно сохраняться и передаваться.

– Возвращаясь к Универсиаде, которую мы выиграли. Вас не смущает, что после нее многие наши лидеры на чемпионатах мира выступили не так ярко?

– Имена, явки, пароли? На самом деле вы не правы – я не считаю, что это была проблемой. Не надо стесняться своих побед. В Казани мы лишний раз подтвердили, что если есть цель выиграть – мы можем ее выполнить. А передо мной как перед министром подобная цель поставлена. Быть первыми в мире – это наша стратегическая задача.

МАССОВОЙ НАТУРАЛИЗАЦИИ НЕ БУДЕТ

– В последнее время большой резонанс вызвала информация о приглашении в Россию кенийских бегунов.

– Знаю про настороженность того же Юры Борзаковского в этом вопросе. В любом случае могу сказать, что массовой натурализации точно не будет. А вот точечно, в тех видах, в которых нам хочется что-то подтянуть или поднять конкуренцию, – да, это возможно.

Наша главная цель сейчас – появление региональных центров и модернизация системы подготовки резервов. Мы должны создать такую систему, которая постоянно будет производить нам членов сборных страны, создаст конкурентную среду. Кстати, уже создан Центр подготовки спортивного резерва, и со следующего года он получит первые ставки для талантливых ребят. Но пока система не заработала полностью, в некоторых видах нам придется прибегнуть к натурализации.

– Насколько реальна возможность того, что Россия подаст заявку на проведение Олимпиады-2024?

– В правительстве этот вопрос ни разу не обсуждался и с президентом страны мы на эту тему никогда не говорили. В отличие от заявки Петербурга на футбольный чемпионат Европы-2020.

– И каковы шансы Питера?

– Тему выдвижения города на проведение матчей Euro-2020 мы обсуждали с президентом страны и президентом УЕФА Мишелем Платини. Этот город выбран, потому что сегодня он, по сути, готов принять такой турнир. Осталось только стадион построить. Но с другой стороны, мы в 2018-м проводим чемпионат мира, и это, будем откровенны, наш маленький минус. Хотя не стоит сбрасывать со счетов и то, что это будет юбилейный турнир, а мы были самыми первыми чемпионами Европы.

– Считаете, что арену в Питере все-таки построят?

– Несмотря на все шутки на эту тему, должен заметить: если, к примеру, вы видели стадион четыре месяца назад, то сегодня его не узнаете.

– Кампанией по продвижению Петербурга будут заниматься те же люди, которые работали над заявкой России на ЧМ-2018?

– Хотелось бы, чтобы в Петербурге сами побегали-поработали, но, думаю, вы правы. (Улыбается.)

НЕ ОБИЖАЙТЕ НАШИХ СПОРТСМЕНОВ

– Начинает набирать обороты зимний олимпийский сезон…

– Конечно, сейчас вся команда, скажем так, – под нагрузкой, но все работают по плану. Нельзя сразу ждать результатов, но вместе с тем мы видим, что в том же шорт-треке, где Кубок мира уже завершается, нет этапа Кубка мира, где бы мы не были в призах. Уже и победы есть у Виктора Ана. В фигурном катании тоже наблюдаем: если вдруг Сотникова оступается, то у нас появляется Липницкая. Или Погорилая неожиданно выигрывает. Поэтому считаю, что старт зимнего сезона для нас обнадеживающий.

– Какие зимние федерации за три месяца до Олимпиады кажутся вам самыми проблемными?

– Все абсолютно отмобилизованы, везде расставлены кадры. Сегодня в командах работает около 90 иностранных специалистов, сборная обеспечена научным, методологическим, медицинским сопровождением. У всех жесточайший график. Сейчас задача главных тренеров и лидеров команд – очень четко подвести себя к сочинским стартам. Где нужно – пропустить перед Играми какие-то соревнования.

Я недавно с Александром Легковым говорил – он пока еще не решил, бежать ли "Тур де Ски", который он выиграл в прошлом сезоне. Запретить очень сложно, но, с другой стороны, понимаешь, что впереди Сочи, главный старт. Если посмотреть на график соревнований сборных, то очень часто выходной у спортсменов – это перелет. Режим очень напряженный.

– Вам не обидно, что прыгуны и горнолыжники поедут на Олимпиаду, грубо говоря, только как туристы?

– Не обижайте наших спортсменов. Мы впервые за 35 лет построили новые трамплины – в Чайковском и Нижнем Тагиле. Раньше ребятам элементарно было негде тренироваться, и они все время ездили за рубеж. Сейчас у них есть материальная база дома. Мы наконец-то открыли школы с нормальными условиями. В Чайковском и Нижнем Тагиле 500 детей набрано. Я не могу поливать их лейкой, чтобы они быстрее росли. Но запомните: через восемь лет из Чайковского и Нижнего Тагила у нас будут элитные спортсмены. Абсолютно в этом уверен.

При этом и нынешняя сборная по прыжкам очень интересна – есть Васильев, Корнилов, Аввакумова. Тот же Васильев сейчас переживает вторую молодость и может далеко прыгнуть на сочинском трамплине. Другое дело – баллы. В этом отношении в данном виде все, как в фигурном катании. Значит, нужно работать и работать.

В горных лыжах тоже есть прогресс, взять того же Хорошилова. Не нужно списывать нас со счетов и в новых дисциплинах фристайла и сноуборда. Уверен, что в этих молодежных дисциплинах у России все будет хорошо. Везде есть талантливые ребята, просто чуть-чуть времени не хватило, года-двух.

– У Минспорта есть рабочий план по медалям в Сочи?

– Конечно.

– И насколько он велик?

– Я бы не хотел пока отвечать на этот вопрос. На все ответит Олимпиада. Да, в прошлом сезоне мы завоевали семь золотых медалей в олимпийских дисциплинах на чемпионатах мира. Но ведь у нас были и подиумы в различных дисциплинах. Не забудем и о том, что существует, как я говорю, резерв главного командования. Тот же Зубков в бобслее. Он весь сезон был лидером, но чемпионат мира проиграл. Почему мы не должны на него ставить? К тому же у него появилась конкуренция со стороны молодых ребят. В санях тоже есть претенденты на медали, как у мужчин, так и у женщин, а еще в программе и эстафета. В биатлоне мы не получили золота на предыдущем чемпионате мира, но в Ванкувере было два золота. Плюс, конечно, надо помнить про хоккей.

Российский зимний спорт в прошлом сезоне стал четвертым-пятым в мире. Если мы повторим такой результат на Олимпиаде в Сочи, это уже будет очень хорошо. При этом третье место, и пусть меня критикуют за эти слова, станет выдающимся результатом.

А вот следующая Олимпиада в Корее уже будет другой. Такая уверенность возникает у меня из-за того, что на первенствах мира для спортсменов не старше 23 лет в последние два сезона мы являемся абсолютными лидерами. Не завоевали золото только в прыжках с трамплина, двоеборье и горных лыжах.

В "ЛУЖНИКАХ" УЖЕ ДЕМОНТИРУЮТ СИДЕНЬЯ

– По словам специалистов, у российских спортсменов по зимним видам спорта сейчас нет никаких организационных проблем. Не расслабит ли их это накануне Олимпиады в Сочи?

– Я не вижу здесь повода для страхов. Мы просто постарались убрать те мелочи, которые тревожили ребят раньше. Им, например, негде было лыжи привести в порядок, приходилось тратить свои деньги на дорогу или костюм, самим искать спонсоров для того, чтобы нанять хореографа и т.д.

Возьмите шорт-трек. Разве это плохо, что они имеют хорошую базу и неограниченный доступ ко льду в Новогорске? Так они там по 4 – 5 часов в день пашут! Разве плохо, что у них есть возможность после тренировки посетить восстановительный центр? У нас десятилетиями не было нормальных врачей и массажистов, даже сейчас не могу сказать, что мы решили этот вопрос до конца.

– В Сочи вы посетите соревнования по всем видам спорта?

– Да, собираюсь побывать везде.

– Футболисты сборной говорят, что когда вы приезжаете – они выигрывают. У них такая примета сложилась. Может, и в зимних видах спорта что-то подобное будет?

– Надеюсь еще несколько раз встретиться с командами до Олимпиады. Планирую побывать на нескольких этапах Кубка мира, чтобы международные федерации видели наше внимание. Обязательно побываю и на российских турнирах, где будет отбор в олимпийский состав – например, на чемпионате России по фигурному катанию в декабре в Сочи.

Моя задача – чтобы команды, спортсмены, тренеры чувствовали, что у них есть поддержка и что я как министр не спрашиваю у них за результат, а вместе с ними за него отвечаю. Если сюда добавится поддержка болельщиков, то ребята станут по-другому себя чувствовать. Будут понимать, что представляют свою страну.

– А что будет после Сочи? Не ждать ли резкого сокращения финансирования зимних видов?

– Нам это не грозит. Президент страны Владимир Путин – человек, который в хорошем смысле погружен в спорт, знает, что это такое. Мы ни на копейку не сократили финансирование спорта, последовательно и серьезно его развиваем. Конечно, мне бы хотелось, чтобы мы делали больше. Но возьмите темпы строительства спортивных сооружений и скажите, когда в отечественной истории они были такими? Ответ: ни-ко-гда. В год у нас прирастает по 4 тысячи спортивных сооружений. Только с помощью федерального бюджета мы строим по 200 – 300 спортивных объектов в год.

На сегодня из федерального бюджета профинансировано около 1150 спортивных сооружений, 167 футбольных полей, три футбольных манежа. Каждый день где-то что-то открывается. До конца года еще 100 спортивных сооружений будет открыто. Взят курс на то, чтобы к 2020 году увеличить пропускную способность спортсооружений в два раза. Задача в том, чтобы все граждане страны получили возможность для занятий. Мы будем делать для этого все. Я мог бы полдня вам рассказывать, что мы делаем во всех 83 регионах: тут и арены, и подъемники, и спортивные комплексы, и стадионы, и так далее.

– Только вот в Москве осенью негде было играть в футбол.

– Это немножко другая история. Скоро все наладится. В следующем августе откроем стадион "Спартака". Причина нынешних проблем – вопрос скорее организационный.

– "Лужники" вроде бы могли выручать футболистов на несколько месяцев дольше, а то и на полгода.

– Там уже демонтируют сиденья. Вопрос не в этом. Может, они и могли бы выручать. Но ведь о том, что "Лужники" закроют на реконструкцию, было объявлено два года назад. Очень сложно шел процесс согласования концепции с ФИФА. Сейчас правительство Москвы объявило параллельные конкурсы и на проектирование, и на строительство. Времени у нас очень мало, а реконструкция такого стадиона – это очень масштабный проект.

– Уже есть решение: будет ли стадион чисто футбольным или беговые дорожки все-таки останутся?

– На время чемпионата мира по футболу он будет чисто футбольным. Но технически там будет предусмотрена возможность впоследствии проводить и легкоатлетические соревнования.

– А как прокомментируете ситуацию с "Мегаспортом"?

– Нужно дождаться, чтобы техническая экспертиза вынесла свое решение. То ли там конструктивные недоработки, то ли строители допустили оплошность. Требования к безопасности людей будут только ужесточаться. И спортсооружения должны им соответствовать.

– Есть надежда, что объекты, построенные в Сочи, не ждет судьба "Мегаспорта"?

– За стройку я, конечно же, не отвечаю. Но меня напрямую касаются вопросы олимпийского наследия. Большинство объектов после Игр будет передано Министерству спорта. На некоторых объектах мы создадим Федеральный центр подготовки, на некоторых – детский спортивно-оздоровительный центр. Ряд объектов будет передан Центру подготовки сборных команд страны и администрации Краснодарского края. Можно сказать, что службы эксплуатации спортивных объектов уже начинают работать под нашим контролем. В любом случае, надеюсь, с объектами в Сочи никаких проблем не будет.

МНЕ ИНТЕРЕСНО ПРОДОЛЖИТЬ РАБОТУ И ПОСЛЕ СОЧИ

– Возвращаясь к финансированию зимних видов спорта… Переформулируем вопрос: денег в сезоне-14/15 будет выделено столько же, как сейчас? Или меньше?

– Суммы на самом деле и сейчас уже уменьшаются. Как вы знаете, под Олимпиаду в Сочи была принята специальная программа, где было прописано и финансирование. Суть в том, что первые два года у нас был расширенный список кандидатов, практически два состава, которые были в равных условиях. Естественно, в будущем команда Б не будет получать столько же. Но каких-то глобальных сокращений ждать не надо. Просто ориентир будет повернут на Рио-де-Жанейро. Общий бюджет не сокращен. А дальше будем смотреть индивидуально.

– Вы сказали, что третье общекомандное место в Сочи – это большой успех. А кто, на ваш взгляд, займет первое и второе?

– Вы не хуже меня знаете, что лидером пока является Норвегия. Только в лыжах и биатлоне она забирает 10-12 медалей. Плюс у них неплохие горные лыжи, некоторые дисциплины фристайла. Очень сильны американцы. Введение некоторых новых дисциплин оказалось им на руку. Еще, конечно, Канада. Это основная тройка. А дальше есть Германия, которая не хочет терять позиции. И Южная Корея – за счет большого количества медалей в коньках и шорт-треке. Это и есть круг основных претендентов на первую тройку. Есть и другие страны, которые могут забрать ту или другую медаль.

– Вас не волнует ситуация с вратарями в сборной России по хоккею за считаные месяцы до начала Олимпиады?

– Волнует. Не хотел бы сейчас ничего говорить по Варламову. Надеюсь, что американский суд разберется во всех связанных с этим игроком вопросах. Конечно, мы на него очень рассчитываем. Хотя на недавнем этапе Евротура неплохо сыграли и другие ребята.

Но ясно, что сформировать боеспособную олимпийскую команду целиком из хоккеистов КХЛ мы не сможем. Поэтому внимательно следим за всеми россиянами, выступающими за океаном, не только за вратарями. Каждый наш игрок в НХЛ для нас очень важен. Осенью мы собирали кандидатов в команду в Сочи, и мне показалось, что все парни понимают: впереди – особая, домашняя Олимпиада. Дополнительно их настраивать никакой необходимости нет. Уверен, что за эту команду не будет стыдно. С другой стороны, это, конечно, спорт, и может случиться всякое. Хочется пожелать ребятам, чтобы у них все срослось.

– Вы чувствуете в себе силы продолжать работу на своем нынешнем посту и после Олимпиады в Сочи?

– Насколько я знаю себя, сил хватит. Конечно, государственная служба – это своеобразное занятие. Все мы – солдаты. И многое будет зависеть от того, как президент страны оценит мою работу, какие новые задачи поставит.

– Но сами бы вы хотели после Сочи продолжать работу в прежнем направлении?

– Да, впереди еще много вызовов. Например, чемпионат мира по футболу-2018, где я являюсь председателем оргкомитета. Без участия государства этот проект не сдвинуть. Минспорта стало координирующим органом: на нас завязано свыше 300 различных программ – от аэропортов до спортивной инфраструктуры. 12 стадионов, 113 тренировочных полей, 64 базы для проживания команд – это все нужно создать. Это большой вызов, и, не скрою, мне это интересно. Впереди также зимняя Универсиада в Красноярске, которая, как мы надеемся, даст импульс для развития всего края.

Вторая часть – о ЧМ-2018, контракте Фабио Капелло и футбольной сборной