Никита Крюков, Александр Панжинский: "Настрой был только на золото"

ЧЕМПИОНАТ МИРА

После церемонии награждения бронзовые призеры чемпионата мира в командном спринте Никита Крюков и Александр Панжинский ответили на вопросы специального корреспондента "СЭ"

Сергей БУТОВ
из Осло

- От вас в этой гонке многого ждали...

Крюков: - Когда вся страна очень сильно хочет победы, то для спортсмена, который должен эту победу обеспечить, это по-настоящему тяжело. Два последних дня перед гонкой я чувствовал серьезное волнение. Немного замкнулся, не общался ни с кем из корреспондентов. Чувство, что ты можешь победить и именно этого от тебя и ждут, - гнетущее, давящее. Старался побольше общаться с Сашкой, видел его положительный настрой и словно заряжался от него энергией.

- Что для вас означает эта бронза?

Панжинский: - Это мой первый взрослый чемпионат мира - и сразу медаль. Правильно Никита говорит: настрой был только на победу. Поэтому легкое разочарование присутствует. Но посмотрите на шведов: они выиграли здесь индивидуальный спринт, а сегодня были только седьмыми. Я сказал Никите после финиша: "Что ж, Олимпиаду мы начали с вершины, а на чемпионатах мира начнем с нижней ступени пьедестала".

Конечно, сегодня я мечтал пополнить свою коллекцию золотых медалей: до этого побеждал на юниорском первенстве мира, потом на молодежном, затем на Олимпиаде. Но хочется верить, что моя карьера только начинается и что все у меня еще впереди.

- Никита, давайте пробежим с вами последний этап.

Крюков: - Лыжи надевать?

- Не уверен.

- Хорошо. Когда Саша передал мне эстафету на последний круг, я был рядом с норвежцем Хаттестадом и канадцем Харви. При этом впереди нас в отрыве бежал финн Ноусиайнен, но вскоре мы его догнали. Ни в коем случае не хочу обидеть наших смазчиков, они трудятся здесь день и ночь не покладая рук, не выходят из вакс-кабины, и все-таки не могу сказать, что мои лыжи сегодня работали здорово. Я заметил это на первом же спуске.

На маленьком подъемчике перед выходом на финиш меня обогнал немец Чарнке - оттеснил с четвертой позиции на пятую. Вот тут я понял, что пора начинать активные действия, потому что сидеть за этим немцем было совершенно бесперспективным занятием. Прибавил и после мостика встал за канадцем. Работали все в полную силу, и метров за двадцать до финиша я перепрыгнул в левую лыжню. Сделал это, видимо, не очень удачно: меня пошатнуло, я потерял устойчивость, поэтому качественной разножки выполнить не удалось. Понимаете, последние метры я ехал фактически на одной ноге, искал равновесие. Думаю, не случись этого, вырвал бы у Хаттестада серебро.

Панжинский: - Можете написать, что выиграли бронзу на одной ноге.

- Когда финн Яухоярви незадолго до конца своего третьего этапа пошел в сольный отрыв, показалось, что в группе этого никто не ожидал. Его атака застала вас врасплох?

- Да как сказать… Когда финн рванул, я был сразу за ним и попытался подхватить его атаку. Но то ли изменились кондиции лыжни, то ли ухудшилось держание мази на моих лыжах, то ли накатила усталость и пропала резкость в мышцах, но... В общем, у меня получилось несколько сбоев подряд: как мы говорим, я заплясал на одном месте, и вначале меня обогнал канадец Кершоу, а потом - на выходе с подъема - Нортуг.

Дальше мы шли примерно наравне. На каких-то участках я на Нортуга даже натыкался, где-то, напротив, еле мог за ним удержаться. Но финна упустил - это да. Признаю свою вину. Перед Никитой я уже извинился, теперь вот каюсь перед вами. Но я сделал все, что смог. На финише лежал без движения несколько минут, меня еле подняли.

Крюков: - Да не держу я на тебя зла, перестань извиняться! Это командная гонка, где в одиночку никогда не победишь. Два года назад в Либереце я бежал эстафету с Андреем (Парфеновым. - Прим. С.Б.), и он тогда не сдюжил на последних 200 метрах перед передачей эстафеты. Я Андрея не винил ни тогда, ни сейчас. Точно так же, думаю, поступил бы и он, случись такое со мной.

- Вы известный любитель тактических игр. Было видно, что "домашние заготовки" были у канадцев, финнов. А у сборной России?

- Мы практически не обсуждали с Сашей гонку с точки зрения тактики. Он меня спросил: "Как будем бежать?". Я ответил просто: "В группе". Понятно было, что в полуфинале достаточно было попасть в первую тройку. А в финале - бежать на золото. Единственное, о чем договорились конкретно, - с какой стороны передавать эстафету. Полагаю, особенных сбоев у нас с этим не было.

Больше всего мы опасались норвежцев и шведов. Что касается финнов и их тактики, то я практически не сомневался, что они пойдут в отрыв. В Либереце, где финны бежали в том же составе, что и сегодня, именно так все и было: сольная атака тогда им принесла бронзу. А когда у тебя однажды получилось, знаю по себе, это создает ощущение морального преимущества и дает веру в себя. Поэтому атаку Яухоярви лично я воспринял как должное. Что же касается канадцев, то они в классическом спринте себя по ходу сезона особенно не проявляли, но я чувствовал, что эти ребята обязательно будут где-то высоко.

- Вот что интересно. Оба канадца, Кершоу и Харви, по своей гонщицкой сути никакие не спринтеры, а скорее дистанционщики, которые бегут спринт. Ну, вроде Нортуга. Но именно канадцы сегодня оказались быстрее всех. Чем вы это объясняете - особенностью трассы или тенденциями развития лыжных гонок?

- Панжинский: - Командный спринт - вовсе не то же самое, что "чистый" спринт. Там одна короткая взрывная работа. Здесь же их три, причем все решается на последнем, третьем круге, когда позади три-четыре километра и особенно чувствуется усталость. Поэтому в команде дистанционщики чувствуют себя увереннее, тогда как в личном спринте по-прежнему доминируют те, кто готовится непосредственно к нему. При этом тот факт, что трасса здесь сделана как будто бы под дистанционщиков, я ставлю на второе место. Тут очень много подъемов, поворотов - тогда как участков, где можно чуть передохнуть, просто нет.

Сейчас многие в России начинают задумываться: нужна ли отдельная спринтерская команда? Мое мнение - безусловно нужна! Во всяком случае, до тех пор, пока в России кто-нибудь из дистанционщиков не начнет оказывать нам, спринтерам, серьезную конкуренцию. Можно, конечно, распустить нашу группу. Пускай дистанционщики бегают спринт, а мы будет занимать последние места на "полтиннике". Но мне думается, что у нас и так все на уровне: в мужской команде есть хорошие результаты как у дистанционщиков, так и у спринтеров. Да, возможно, мы выступили здесь менее удачно, чем в Ванкувере, но это спорт. И в следующий раз, уверен, все сложится лучше.

- Стал ли для вас неожиданностью выбор норвежских тренеров, которые доверили финиш не Нортугу, а Хаттестаду?

- Да, мы удивились, увидев во вторник стартовые протоколы. Но не скажу, что придали этому какое-то большое значение. Какая, в конечном счете, разница, с кем бежать! Нужно было преодолевать себя и бороться с любыми соперниками, которые встанут на нашем пути. От Петтера я, конечно, ожидал активных действий, и за ним не заржавело. Рад, что мне удалось не отпустить его.

- В начале сезона вы оба испытывали явные проблемы с результатами. На фоне золотой и серебряной медалей Ванкувера эти относительные неудачи воспринимались болельщиками достаточно болезненно. Трудно было сохранить холодную голову?

- Мы постарались абстрагироваться от критики. Поменьше общались с журналистами. Вместе с тренером попытались найти корень проблем. И по ходу сезона добавляли. Нам постоянно что-то мешало, были какие-то сбои: то болезнь выкосит полкоманды, то еще что-нибудь. Но если до Олимпиады за нами не так пристально следили и подобные моменты не замечались в принципе, то сейчас некоторые были готовы сделать из мухи слона даже в мелочах. Лично я понял, что со мной все в порядке, в январе в Эстонии, когда выиграл спринт на молодежном чемпионате мира. Уровень соперников был, конечно, не тот, что здесь, но важна была победа сама по себе.

Крюков: - Про себя хочу сказать, что сезон действительно начался неудачно. Первый этап был просто провальный. Объясняю это тем, что после феерической гонки на Олимпиаде я практически все лето тренировался, можно сказать, бесцельно. Раньше перед глазами стояла Олимпиада, а потом она - как цель - куда-то пропала. И заполнить пустоту было непросто. Но когда приехали с Сашкой сюда, на чемпионат мира в Осло, я отчетливо увидел перед собой новую цель. И мне это очень понравилось, придало сил. А уверенность в себе почувствовал еще раньше, на этапе Кубка мира в Отепя. Рад, что преодолел кризис и в итоге завоевал медаль. Хотя больше "тройки" себе за этот чемпионат не поставлю.