«Ни одного намека, что к русским плохо относятся». Российский лыжник выиграл марафон и был дисквалифицирован за фтор

Россиянин Омар Худиев выиграл лыжный марафон La Diagonella в Швейцарии, но после финиша его лыжи забрали на проверку на фтор, который уже пару лет запрещен, и в результате Омар был отправлен на последнее место — фтор нашли.

Запрет фтора — следствие борьбы за экологию, он коснулся всех лыжных видов, от гонок до ски-альпинизма, включая биатлон. Разработаны регламенты проверки, существует устройство, которое определяет фтор в лыжах. При этом нужно понимать, что все лыжные виды десятилетиями использовали фтор при подготовке, им буквально пропитаны все грузовики сервиса, да и сам сервис тоже.

И вот тут главное — в России фтор не запрещен. Российские лыжники и биатлонисты бегают как бегали, ничего не меняя. Естественно, возникает вопрос — когда наши спортсмены поедут на этапы Кубка мира и другие международные старты, не ждет ли их та же судьба, что и Худиева?

Об этом, а также о нюансах подготовки и выступлениях в лыжных марафонах «СЭ» и поговорил с Омаром.

Фото соцсети

Неожиданного не произошло

— Как давно ты уже в Европе?

— Две недели. У нас с женой планировался отпуск на новогодние праздники, и, чтобы совместить приятное с полезным, решил стартовать. Четыре гонки за две недели — два марафона и две гонки-спутника, которые проводятся на следующий день после них.

Первым шел итальянский 3 Zinnen Marathon, затем его гонка-спутник — Prato Piazza Challenge. Сам марафон — 60 километров классическим стилем с набором высоты 800 метров. Гонка-спутник — 28 километров коньком в гору, набор — 1000 метров.

Затем мы переехали в Швейцарию, где я бежал классический марафон La Diagonella в субботу 18 января, а на следующий день — «La Sfida» — коньковую гонку. Из-за отсутствия снега марафон сократили с привычных 55 километров до 43-х.

В итоге на последней из четырех гонок, на «La Sfida», я финишировал седьмым среди всех участников, если брать мужчин. Правда, одна девушка, из профессиональной команды, также оказалась выше, поэтому если брать вообще всех — то восьмой.

— И все эти гонки ты бежал на лыжах со фтором, притом что он в Европе запрещен?

—  Да, и готовил лыжи к ним тоже со фтором.

Норвежцы первыми вляпались в скандал из-за фтора. Но понять, кто виноват, невозможно

— Поясни логику.

 — Во-первых, это финансово тяжело, я бегу два марафона подряд, и нужно либо покупать минимум две новые пары, как говорят — «на CH (си-аш)», и после этого готовить их уже только бесфторовыми парафинами и порошками. Такой вариант возможен, но две пары сейчас покупать чисто под Европу, наверное, нецелесообразно. Можно купить одну пару, но тогда будет чуть больше заморочек, в том плане, что ты после первого марафона, который пробежал, основного, сразу должен искать сервис.

Есть вариант с обесфториванием уже имеющейся пары. Эта возможность предоставляется, на сайтах у FIS и IBU есть регламент и видео, как все делать, но для того, чтобы понять, прошла процедура, успешно или нет, нужно устройство тестирования на фтор, чтобы лыжи можно было проверить и при необходимости повторить процедуру. Поэтому покупка новой пары — более безопасный вариант для любителей, которые хотят точно соблюсти правила.

Дело в том, что сам аппарат, на котором проверяют лыжи на фтор, довольно-таки громоздкий и дорогостоящий. Они мало у кого есть — у FIS, IBU и Ski Classics — организаций, который проводят крупные гонки в лыжах и биатлоне. Много лыж после финиша на нем не проверишь, поэтому любителей «выдергивают» редко, но меня вот, после швейцарского марафона, решили выбрать.

— И как только тебя выбрали, ты сразу понял, что это залет?

— Конечно, на сто процентов. Ничего неожиданного не произошло. Я готовил лыжи под гонку с использованием фтора.

— Насколько мирно все это прошло, то есть у тебя забрали лыжи, потом сказали, что нашли фтор? Кто говорил, что и как?

— Я финишировал, стою, пытаюсь отдышаться. Подходит ко мне мужчина в куртке официального лица. Я не сильно хорошо знаю английский, но понял, что они берут на тест мои палки и лыжи. Ну не убегать же мне в этой ситуации? Все отдал, он положил мои лыжи в стойку. Постоял, понаблюдал, переодевался, думал, смотрел, как финишируют другие участники, их лыжи уже никто не проверял.

Что касается оглашения результатов проверки — все было очень мирно и дружелюбно. Женщина, которая нам выдавала лыжи после проверки, даже извинилась за ситуацию. Мы с женой спросили, что будет дальше, меня дисквалифицируют? Она сказала, нет, не дисквалифицируют, тебя просто отправят на последнее место.

— Как думаешь, те, кто шел за тобой, кто проезжал на «чистых» лыжах по следам твоих, где был фтор, могли получить проблемы, если бы их тоже выбрали для проверки?

— На практике никто этого не проверял, ответить можно только теоретически. Скорее всего, да, лыжа может вобрать какое-то количество фтора, но его там будет кратно меньше, чем в той паре, которую готовили на фторе. То есть различие станет очевидным. Но я могу ошибаться.

— Не секрет, что фтор работает в теплую, влажную погоду. Насколько он вообще помог тебе выиграть La Diagonella?

— Был мороз, стартовали при минус тринадцати, так что преимущество, скорее всего, было небольшим. В субботу любители сравнивали две пары, на фторе и без, разница оказалась несущественной. Поэтому, возможно, если бы я бежал на «чистой» паре, то все равно выиграл бы.

Фото соцсети

Пул лыж сборной проще обесфторить, чем покупать новые

— Чтобы бежать на «чистой» паре, нужно было ее купить. Ты сказал, что это финансово непросто. Насколько различаются цены в Европе и России?

— Я бегаю на «Фишер», поэтому скажу об этой марке. В Италии лыжи стоят от 650 до 680 евро, в зависимости от модели. В Швейцарии — от 800 до 850 франков, это заметно дороже. В России на маркетплейсах лыжи, ввезенные по серым схемам, стоят примерно как в Италии, может быть, даже чуть дешевле. В больших спортивных магазинах — дороже, но все равно дешевле, чем в Швейцарии.

— В России сейчас фтор разрешен. Но рано или поздно сборной придется ехать на международные старты в Европу, где им пользоваться нельзя. Насколько, как ты думаешь, это будет болезненный и чреватый проблемами процесс?

— Много думал над этим. И в этом плане я, наверное, первопроходец. Окажется сильно проще, если у ребят из сборной будет машина для проверки на фтор, может быть, она уже сейчас есть.

Дело в том, что тот пул лыж, который есть у Большунова, Червоткина, Якимушкина, Коростелева, проще обесфторить, чем покупать новые. Каждый лыжник годами собирает тот «золотой фонд», на котором бегает. Нельзя просто все выкинуть и купить новые лыжи и рассчитывать на то, что они поедут, как все те, которые ты копил годами. Поэтому я думаю, что сборная будет и обесфторивать лыжи, и, конечно, постепенно покупать новые, которые никогда не готовили с фтором.

Звезды лыж против дисквалификаций за фтор. Спортсмены боятся ошибочных наказаний и даже диверсий конкурентов

— Пара, которая ехала на фторе определенным образом, подходила под конкретную погоду, может повести себя иначе после обесфторивания?

— Есть три переменные, характеризующие пару лыж. Структура — рисунок, который нанесен на пластик. Эпюра — то, насколько плотно лыжа соприкасается со снегом. И третья — смазка, то есть парафины и порошки, которые используются при подготовке. Если структура и эпюра подходят под, например, теплую погоду, когда на трассе много воды, то, возможно, фтор или его отсутствие уже не будут играть решающей роли. Не нужно забывать, что преимущество фтора максимально в условиях, когда есть вода, тепло, грязь.

— Учитывая, что в Европе все больше гонок проходит при околонулевых температурах, подбор пар без учета фтора станет критически важен?

— Безусловно. Даже здесь, на марафонах, у лидеров по десять пар под конец и даблполинг, их очень много откатывают, берут двух человек одного веса, ставят на горку, они выравнивают скорость и скатываются на двух разных парах, сравнивают, какая лучше едет. Затем эти люди меняются парами, чтобы исключить индивидуальный эффект, и повторяют проверку.

Фото соцсети

Стельки с батарейками и бабушкины носки

— Илья Черноусов в свое время рассказывал мне, что определенную проблему на марафонах создавали переохлаждения или даже обморожения пальцев ног — в даблполинге стопы почти не работают. Это все еще актуально?

— Это было, но проблему давно решили. Если смотреть гонку, то можно заметить небольшие коробочки, которые выступают на голени спортсменов. Это батарейки, которые подогревают либо носки, либо стельки. Если у кого-то очень мерзнущие ноги и плохое кровообращение нижних конечностей, то можно использовать еще и чехлы, кто-то берет тонкие, неопреновые, а кто-то — толстые, где внутри овечий начес. Вообще, сейчас в Европе пошла мода надевать на ботинки просто вязаные шерстяные носки, я заметил, что это делает Эмили Шлетт. Возвращение к старым временам, так сказать.

— Тем людям, которые держат в голове мечту поехать на марафон, готовятся, о каком уровне функциональной работоспособности нужно знать? Например, какую мощность на лыжном тренажере под даблполинг нужно выдавать, чтобы не потеряться?

— Вопрос сложный, потому что на гонке есть еще разное скольжение у лыж участников. Но думаю, что если ты претендуешь на хорошее место в общем зачете, то средняя мощность на марафоне у тебя должна быть от 200 ватт. Если речь про любителей, то, думаю, 120-170 ватт нужно стараться держать. Плюс важно иметь хороший рывок с этой мощности вверх, потому что группа может начать ускоряться и в этот момент нужно пробовать усидеть в ней. В момент рывка нужно быть готовым выдать 700-800 ватт.

— Учитывая такие энергозатраты, серьезно встает вопрос питания.

— Да, и полностью его изучить можно только в гонках, на тренировках ты себя до таких кондиций не доведешь. На марафонах стоят пункты питания каждые 15 километров, там тебе могут дать либо горячий чай, либо горячий изотоник. И ты должен успеть на ходу схватить этот картонный стаканчик, выпить его, вылив, как обычно, часть на себя, и продолжить гонку. Но этого мало, тебе еще нужно брать с собой что-то посерьезнее — гели, солевые таблетки, энергетики под финиш. Нужно знать, сколько и чего тебе потребуется на гонке. Есть зависимость от погоды, если тепло, то можно использовать питьевую систему, если холодно, то лучше бутылку.

«Для нас запрет, скорее всего, будет преимуществом». Не пора ли в российских лыжах отказаться от фтора?

— Откуда деньги на поездку?

— Ну, во-первых, мы все планировали сильно заранее, знали, что поедем, начали копить. Мы оба с супругой работаем, оба вкладываемся. Сильно заранее бронируем все, что необходимо — гостиницы, билеты, слоты на гонки. Месяца за три. Плюс узнаем у друзей, где можно подешевле жить, кто какие сдает апартаменты под гонки, какие отзывы, собираем информацию, контакты.

С визами все чуть проще — у жены французский шенген на три года, она по работе очень много летает. Мне делали через агентство, это стоит порядка двадцати тысяч рублей, ты сам никуда не ходишь. В Москве после 2022-го этот сервис набрал огромную популярность, потому что количество выдаваемых виз сократилось, а требования к пакету документов выросли, как и сроки оформления. Под визу берутся авиабилеты, обязательно возвратные, делаются справки о доходе и финансовом положении. В прошлом году мне дали однократную французскую визу, строго на даты поездки. В этот раз итальянцы дали на полтора месяца, чуть удобнее. Я заметил тенденцию, что если у тебя хорошая визовая история, то все с каждым разом становится более лояльно.

— Как обстановка на гонках в Европе?

— Я за две недели не встретил ни одного намека на то, что к русским плохо относятся в личном общении или на гонках. Да, кто-то может в инстаграме написать какую-нибудь гадость. Но, в принципе, это и в России люди могут сделать.