4 апреля 2019, 21:45

"Летом думали: "Е-мое, с ними – на Кубок мира?" Потом мнение поменялось". Гурьев – откровенно о прошедшем биатлонном сезоне

Дмитрий Кузнецов
Обозреватель
Тренер женской сборной России Леонид Гурьев – об успехах и провалах прошедшего сезона, "тараканах" в головах подопечных и ящике вина от французов.

Леонид Гурьев
Родился 11 января 1955 года в с. Ермаково Тюменской области.
Окончил Тобольский педагогический институт. С 1978 года – тренер детско-юношеской спортивной школы. В 1994 году стал тренером сборной России по биатлону. В данный момент занимает пост тренера женской команды по стрелковой подготовке.
Среди воспитанниц Гурьева – Галина Куклева, Альбина Ахатова, Луиза Носкова, Ольга Мельник.
Заслуженный тренер России, кавалер ордена Дружбы.

Сезон был хороший

– Леонид Александрович, тренерский совет поставил сборной России за сезон "удовлетворительно". Если переводить в пятибалльную систему, вы бы как его оценили?

– Я бы поставил "четыре". На совете же оценки было две: либо "уд", либо "неуд". У нас есть комплексная программа подготовки к Олимпиаде-2022. В ней было заложено, что на чемпионате Европы по медалям у женской сборной будет 0-1-1, получилось 2-1-0. На чемпионате мира закладывались на одну бронзу, завоевали серебро.

– То есть в целом вы довольны?

– Сбор на высоте в Риднау сработал, мы отследили всю подготовку к чемпионату мира. Вот, говорят, в стрелковом плане мы неважно выступили. Давайте я сейчас достоверные цифры возьму... (шелестит бумагами) Вот пожалуйста, Эстерсунд, там были и ветер, и снег, и дождь. Я посчитал все промахи шести ведущих женских команд. У Швеции – 56 (24 спортсменки), Россия – 58 (21), Франция – 64 (18), Норвегия – 63 (21), Италия – 72 (21), Германия – 75 (24).

Если брать сезон, то в спринте у нас получается 0,63 промаха на человека. Мы на втором месте среди 21 команды. Первые – китаянки! Немки – седьмые, норвежки – 13-е, француженки вообще последние. В масс-стартах мы первые. Да, в индивидуальных гонках и преследовании похуже. Но вот говорят, в Холменколлене почему столько штрафа было? У нас все девушки вышли в пасьют! Да, их не хватило. В топ-3 по стрельбе – две наших, Павлова и Куклина, 90% попаданий. А у нас все подводные камни ищут.

– Есть мнение, что некоторым и с таким процентом сложно конкурировать. Той же Павловой иногда на трассе так тяжело, что и 100 процентов не помогут.

– Не все сразу делается. Так что сезон хороший, в декабре у нас ноли были, по стрелковой части все было очень неплохо. Просто мы летом очень много плотного тренажа сделали, работу с холостыми, а с октября отдали стрельбу на откуп спортсменкам. Они попросили: "А можно мы сами?" Вот нам до декабря запаса хватило, а дальше мы... приехали. Молодежь пришла, они первый раз на Кубке мира. И после декабря они физически вырубились, им тяжело.

Леонид Гурьев. Фото biathlonrus
Леонид Гурьев. Фото biathlonrus

Проблемы сборной – в российском календаре стартов

– Есть причина "вырубания" кроме молодости?

– Многим сложно держать удар после российского календаря. А у нас серьезная смена поколений. Очень плотный график, ноябрь, потом три гонки на высоте в Поклюке... Мы такого в России даже не проводим, таких тренировок у нас нет. Надо делать выводы, уже летом такие блоки проводить.

Хватило в итоге до Оберхофа. Почему? Потому что проводили новогодний сбор. А дальше просто поплыли. Январь, февраль у нас – пустые. Проводятся там какие-то зональные соревнования, но это не то. Мы не можем забить российский календарь – так, как на Кубке мира.

– С этим можно что-то сделать?

– Сложно. У нас в календаре только национальный отбор и чемпионат России. Суперспринты, мегамасстарты, марафоны, мы сохранили гонки патрулей, другие виды и стараемся их включить со статусом чемпионата России в какие-то соревнования. Тогда регионы командируют туда спортсменов. Раньше был, например, Приз космонавта Леонова, машины разыгрывали. Сейчас на обычные всероссийские соревнования никого не отправят.

– То есть все эти гонки сохраняются специально?

– Да, чтобы спортсмены набрали хоть какие-то старты. У сборников стартов 50 за сезон, а у других только 25 – 30.

После эстафеты в Оберхофе французы принесли ящик вина

– Какой момент в сезоне был лучшим?

– Оберхоф, конечно. Эстафета. Там и сервис-бригада отлично сработала, намазали лыжи хорошо. После гонки французы пришли, ящик вина принесли: "Скажите, чем вы намазались?" Вроде как наши все равно не сказали (смеется). Ну и плюс Юрлова на чемпионате мира. Обидно, конечно, что не золото. В эстафетах на чемпионате мира мы могли лучше выступить, если бы Старых и Васильева участвовали. Миронова взяла три запасных на каждом рубеже, но не сломалась, ушла без кругов. Так что все равно боец. Да и по ней вопрос не стоял, скорее по Кайшевой.

– Есть объяснение, что произошло с Ириной Старых?

– Ирина готовилась летом с Максимом Кугаевским, может быть, подготовка была сфорсирована, они уже 10 октября начали кататься в Тюмени, там снег уложили. У нас-то в Рамзау все получилось скомкано, раз пять поднялись на глетчер, а снега не было. Поэтому к отбору она подошла в хорошем состоянии, в декабре была великолепна. А дальше ее просто отрубило – на чемпионате Европы, потом еще и спина. И она уже не восстановилась.

– А какой тогда самый провальный момент сезона?

– Мы начали подготовку поздно, 10 июня. Шли выборы президента СБР, утверждение состава. А чемпионат мира в марте. Вспоминаю Ольгу Пылеву в 2003-м, когда чемпионат мира был в Ханты-Мансийске – она на шаляй-валяй начала подготовку в июне. В итоге ее не хватило, уже в феврале начала отставать. Опыт показывает, что если хочешь дотянуть до марта, то подготовку надо начинать в апреле. И у нас выпал месяц подготовки, в октябре вкатывание в Рамзау неважное получилось, по льду шоркались там. В остальном все работало, в Риднау хороший сбор был, хотя и те, кто ездил в Северную Америку – Логинов и Гараничев – провели хороший чемпионат мира. В командном зачете мы шли всегда в четверке-пятерке. Сезон был просмотровый во многом, но сработали.

– И как вам просмотр состава?

– Если честно... В июне было непросто. Они приехали пустые, дома толком ничего не делали. И мы думали с Норицыным и Загурским: "Е-мое, и нам с ними через полгода соревноваться на Кубке мира!" Но с сентября мнение начало меняться, надежды появились, стало понятно, что девушки растут.

– Логинов вас впечатлил? С 23-го места в Кубке мира на 2-е.

– Очень мощно выглядел. Его подготовка вся под контролем Александра Касперовича. Прибавка сильная, конечно.

– То есть он был на самоподготовке в каком-то смысле?

– План Анатолия Хованцева он выполнял, никаких проблем у них с Николаичем не было. Может быть, что-то еще он доделывал. Но я за мужчинами не подглядывал.

– Последнее по этому сезону: вам не кажется, что у многих из россиян проблемы с последним выстрелом?

– Статистики у меня нет, но... У Павловой был такой грех, да. Они видят иногда, что четыре железно попадают и уже видят себя на дистанции. Опыта не хватает. А уберешь весь этот брак – и медаль получается. Эти козявки убирать надо! Чтоб "тараканы" в голову не лезли между выстрелами. Много мы работали летом: 12-я секунда – начало стрельбы стоя, 14-я – лежа. Чтоб все было на автомате. Надо навык нарабатывать, как азбуку. Чтоб выстрелы шли: "тук-тук-тук", через две секунды. А то много говорили про норвежскую систему. Ну вот к ним пришел француз Зигфрид Мазе. И где эта система?

Плюс надо много с оружием работать. Александр Иванович Тихонов спросил на тренерском совете: "А кто с оружием работает?" Норицын ему говорит – Гурьев. Я отвечаю на вопросы. После каждого этапа Кубка мира вся чистка, свинцовка, смазка, проверка оружия – все на мне. И никаких проблем у женской сборной не было. Даже Катя Юрлова удивлялась: "Откуда вы такой взялись?" Никто раньше за винтовками не следил, сами биатлонисты, а тут Гурьев драит и драит.

Александр Логинов. Фото AFP
Александр Логинов. Фото AFP

Историю с Логиновым раскручивали только российские СМИ

– Вы говорили, что нельзя допустить "ореол недоверия к тренерскому штабу". Удалось? В СМИ была напряженная атмосфера.

– Вот пример. Уехали с 1 февраля на сборы. Приехали в Россию 25-26 марта. Два месяца по лезвию ножа шли, от всех нас требовали результат. Но нервозности не было, дружелюбная обстановка. Хотя одни и те же лица, уже и огрызнуться хочется. Но такого не было. Время быстро пролетело. Наверное, опыт Хованцева, мой – снимали негатив. Его не чувствовали.

– В связи с конфликтом Дмитрия Губерниева и Елены Вяльбе не могу не спросить: у вас нет ощущения, что комментатор иногда влияет на биатлонную сборную не совсем положительно?

– (смеется) Я с ним в дружеских отношениях, да и все в команде. Что-то прочитали – забыли, не обращаем внимания. Просто на фоне таких ситуаций, как со вторым кругом Гараничева, на эмоциях можно наговорить всякое. Конечно, когда он на него попер, натурально медаль ускользнула! Ну а дальше СМИ начинают раскручивать.

Взять того же Логинова – никто не затыкался, пока Мазе не сказал: "Да заткнитесь все!" Причем это только российские СМИ раскручивают. Идут к иностранцам. Первый вопрос: "Как гонка?" Второй – Логинов. Вместо того чтобы все приглушить.

– Если уж речь про Гараничева – помирились вы с Максимом Кугаевским после того комментария?

– Да все, пожали друг другу руки, побалдели, посмеялись (смеется). Он тоже понял свою ошибку. Кто круги когда считал за спортсменов-то? Если биатлонист до одного сосчитать не может, о чем тут говорить?

Евгений Гараничев. Фото AFP
Евгений Гараничев. Фото AFP

Отбор разорвал основную команду

– Недавно было объявлено, что в тренерский штаб приглашена Альбина Ахатова. Сергей Чепиков говорил, что надо усилить сборную специалистами по стрельбе. Получается, не все идеально?

– Так скажу: я первый год работаю, узнаю спортсменов только в течение сезона, по-настоящему – в экстремальных стрессовых ситуациях. Идет притирка тренерского состава со спортсменами. Статистика подтверждает, что все неплохо. Плюс как у нас получилось? Мы отобрали сборную в прошлом году по всем стартам – чемпионат мира, Европы, России. И давай снова их отбирать! Мы даже не оградили тех, кто был в топ-15, топ-25 Кубка мира. И потом снова сделали условие, что топ-25 в декабре огражден от отбора! А почему это не сказали прошлой весной? У нас были люди в топ-25, зачем их отбирать? Дали бы в декабре-то посоревноваться хотя бы! В итоге в сборную попали Ильченко, Бикташева, Мошкова. И что? Что они показали? Основную команду разорвали, растрепали. И в конечном итоге на чемпионат мира пришли все те, кто и был в обойме изначально.

– Тогда отбор отменять?

– Допустим, по четыре человека у мужчин и женщин определить, а остальных отбирать. Можно в ноябре провести в Тюмени. А мы повезли их всех в Финляндию! Там же с разрешениями куча проблем. Логистика пошла такая, что ого-го! Аренда, размещение, машины, отправка обратно... Люди с оружием-то едут!

– Идея в Контиолахти проводить отбор – не лучшая?

– Так нет, в Тюмени хороший натуральный снег в то же время был. А мы приехали, там проблемы со снегом. Никаких проблем с разрешениями.

Что касается Ахатовой – а что плохого я могу сказать? Она моя воспитанница с 1992 года, друг у друга учились. Два года она со мной работала, потом был декретный отпуск. Сейчас ситуация неоднозначная, я с ней говорил. У нее сын Леня в школу пойдет, второго ребенка надо воспитывать. Только если летом снова ей работать... Так у нас ни одного сбора в Тюмени нет, только в сентябре. Надо у нее спрашивать.

– Вы остаетесь на своем посту?

– Ну, знаете... У нас весна – такое время, куча вопросов, подводных течений

– Тренерский совет же признал результат удовлетворительным.

Да, предварительно признали. Но у нас работа разная была, мы и мужчинам помогали. Тренеров иногда не хватает, все на разных установках, Загурский на трассу уходит. На нем вообще такая логистика, перевоз оружия! Попробуйте в Германию оружие ввезти. На два часа рейс задержали! Дотошно проверяли, паспорт каждой винтовки, в посольство или куда-то еще звонили.

– Раньше такого не было?

– Германия всегда такая была... Но у Загурского все отработано, у него есть люди там, все поставлено.

– Что пошло не так в Северной Америке?

– Я не совсем в теме. Летели в Канаду, все было, запросы были, но летели же через США, другие сроки. Вот так Америка решила. Надо больше использовать свои базы. С валютой не все хорошо

– Очень много в этом сезоне с нашими нестандартных историй. Чемпионат России – апофеоз. Почему то опаздывают, то винтовки ломают, то лыжи забудут?

– Уф... Давайте скажу, что усталость (смеется). У Елисеева того же усталость металла была.

– Отпуск скоро к тому же.

– Да, и он скоро. До начала мая. Сейчас идет полемика по финансированию, два состава или нет, по восемь человек в сборной или по шесть. В прошлом году было "8+8", в этом "6+6". Я не сторонник схемы 6+6, потому что окончательно мы никого не выкатали из молодежи, еще бы хотелось год по восемь, определиться с составом, чтоб никто не остался за бортом. Юниоров надо смотреть, команда Б – она же переходная. Главное, чтобы они не потерялись. Пятикратного чемпиона мира среди юниоров Малиновского бросать что ли из-за плохого сезона? Надо тянуть! У нас два – три сезона идет на адаптацию. А если после первого сезона ты ему скажешь – до свидания, то пойдет он на вертолете летать (Малиновский занимается в летном училище. – Прим. "СЭ"). И кому от этого лучше?

– У вас какие планы?

Отпуск по 3 мая. Майский сбор хотим пораньше начать, с 14-го. В Сочи уехать, по горам походить. Майского горного сбора не хватает. Связки, сердце приготовить к сезону, гемоглобинчика поднять. Маршруты можно менять, по бобслейным трассам походить. Не по самому желобу, конечно. Плюс для стрельбы условия удобнее. Май – июнь – везде мошкара. А в горах они умирают.

– А в Австрии они есть?

– Ну, Австрия – это валютные счета... А с валютой у нас не так хорошо (смеется). Есть политика – больше использовать российские базы. Ханты, Тюмень, Петербург, Чайковский. Сами понимаем, что им нужно штат держать, зарабатывать. Сбор в Рамзау очень нужен. но можно там 12 дней побыть, потом 12 в Тюмени. Идет обсуждение, финансовая часть важна. Так что отпуск пролетит быстро.