28 мая 2019, 18:00

“Могу стать учителем, хотя дети - это жестко". Почему сборную России покидает одна из самых эффектных керлингисток

Дмитрий Кузнецов
Обозреватель
Лучшая женская команда нашей страны теряет Ульяну Васильеву, которая в 23 года решила попробовать себя в чем-то новом.

На минувших выходных в заполярной Дудинке завершился Кубок Арктики по керлингу, заключительный этап Мирового тура. Лучшая из российских команд, чемпионки России со скипом Алиной Ковалевой заняли второе место. А одной из главных новостей стал уход из команды, занимающей четвертое место в мировом рейтинге, эффектной (и не менее эффективной) российской керлингистки Ульяны Васильевой. 23-летняя чемпионка Европы и двукратная призерка Универсиад решила попробовать себя в чем-то новом. Корреспондент “СЭ” расспросил о причинах остановки карьеры, отношении к допинговому делу Александра Крушельницкого и популяризации керлинга.

Мужскому керлингу сложнее. Это девочкам можно на шею сесть

- Ульяна, сезон завершился на Таймыре, как вам это место?

- Классно, необычные ощущения. Мы хоть и из Петербурга, и у нас есть белые ночи, но не такие, как в Дудинке. Пришлось перестраиваться. Снег был, опять же. Не люблю мерзнуть, но это круто, в диковинку.

- Жить бы смогли здесь?

- Нет. На пару дней заехать, посетить – это да. Поесть и уехать обратно (смеется). Все-таки сложно здесь. Нужно строить что-то новое, развивать инфраструктуру, чтобы люди оставались и приезжали.

- Вы вот решили не оставаться в керлинге, а уйти. Почему так и где вас теперь ждать?

- Просто решила, что можно попробовать себя в какой-то другой деятельности. Пока не знаю, что это будет. Нужно что-то новое. Пора взрослеть.

- А керлинг – это что-то инфантильное?

- Нет, конечно. Просто я все увидела. Может быть, не было больших медалей, но я и не говорю, что ставлю на этом точку. Возможно, я вернусь. Но пока надо развиваться в каком-то другом деле.

- Финансовый фактор играл роль?

- Да нет, я занимаюсь керлингом не ради денег, а ради удовольствия.

- Им вообще можно зарабатывать? Сколько команд живут именно за счет него?

- Может быть, три – четыре. У меня тоже это полноценная работа, полный рабочий день, больше нигде я не работала. Но, конечно, таких команд немного, основные могут жить за счет Центра спортивной подготовки, но остальные только за счет клубов, спонсоров. Самим с нуля без дополнительной работы начать это сложно, придется много вкладывать в тренировки, аренду льда, поездки.

- Говорят, во многом из-за этого все так непросто в мужском керлинге, и из него люди уходят.

- Конечно, парням еще сложнее, им же семью еще надо содержать. Это нам, девочкам, можно, как бы сказать…

- На шею сесть?

- Типа того. (смеется) Не мой вариант, но все же.

- Есть какой-то круг возможных путей продолжения рабочей карьеры? Или прямо уходите в никуда?

- С керлингом есть варианты, конечно. Как тренер или просто помогать развитию спорта. Сейчас заканчиваю спортивный университет. Получается, могу пойти в школу учителем физкультуры. Хочется ли? Не знаю, не пробовала. Дети – это жестко! (смеется)

Но решение было обдуманное, не просто так. Мне не надоел керлинг, просто нужно что-то поменять. Может быть, построить личную жизнь. О ребенке я пока не думаю, но как пойдет. Почему нет?

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

I love you.

Публикация от Vasileva Uliana (@ulianavassi)

Крушельницкий не применял допинг, это бред

- Вы сказали, что все в мире керлинге увидели. Вершиной было участие в Олимпиаде?

- Участие – это, конечно, не то, на что я рассчитывала. Но и такое не у каждого спортсмена бывало. Я рада, что удалось увидеть, как это все устроено. Хотелось медали, но вышло вот так. Может быть, когда-нибудь у меня будет на нее второй шанс.

- Олимпиада была еще и необычной, потому что вы выступали в нейтральном статусе. Ощущения были особые?

- Конечно. Было странное понимание происходившего, потому что не было какой-то поддержки. Люди разделились на два лагеря – ехать или не ехать на Олимпиаду. В команде мы друг друга поддерживали, конечно, и родители все приободряли, но понятное дело, хотелось и флаг, и все остальные атрибуты сборной. Это несколько давило.

- Внутри команды обсуждали ситуацию, тоже были разные мнения?

- Перед поездкой мы собрались, обсудили, поедем мы или нет, и пришли к мнению, что надо ехать, мы команда. Вопрос не стоял так – кто-то против, кто-то нет. Потому что коллектив один, ты не можешь сказать: “Не хочу ехать”. Иначе ты подведешь команду, а мы несколько лет готовились к этому старту. Ты в ответе не только за себя.

- Вы верите в обвинения в адрес России, что там есть доля правды? Понятно, что никто из нас точно не знает, интересно ваше мнение как наблюдателя.

- Я стараюсь держаться нейтралитета, потому что, как вы говорите, я точно не знаю ту ситуацию, нас она не касалась. Но если какие-то проблемы, конечно, я буду за свою страну, а не против нее. В ситуации, произошедшей с Настей и Сашей (имеется в виду дисквалификация за допинг Александра Крушельницкого.Прим. “СЭ”), мы их поддерживаем. Никто плохого о них не думает.

- Если одним словом, как описать ситуацию вокруг них?

- Бред.

- С чьей стороны?

- Это вообще несуразица какая-то. Я знаю этих людей не первый год. И уж точно не в нашем виде спорта какой-то допинг применять, это глупо.

- То есть он не применял?

- Да, я считаю, что он ничего не применял. Конечно, свечку не держала, но я на стороне спортсмена.

В такси еще спрашивают, хорошо ли мы моем полы

- Чувствуете, что керлинг сейчас развивается? В Москве так уж точно корпоративное направление растет.

- Про корпоративы – это точно, идет полным ходом, и детей очень много сейчас приходит. У нас в Петербурге с этим сложнее, потому что на весь город осталось одно место с одной дорожкой, где можно поиграть. От этого страдает город, спорт, дети, хотя у нас очень много титулованных спортсменов именно из нашего города. Но почему-то никак мы не дождемся своего катка.

Ульяна Васильева по время Кубка Арктики по керлингу 2019. Фото Федерация керлинга России
Ульяна Васильева по время Кубка Арктики по керлингу 2019. Фото Федерация керлинга России

- У вас основные конкуренты – фигурное катание и хоккей, получается? Сложно с ними конкурировать?

- Не могу сказать точно, все-таки этим я не занимаюсь. Но знаю, что постоянно отправляются письма, просьбы помочь, построить каток. Но нужна земля, деньги, это все непросто. Керлингу нужно привлечение спонсоров. Надеюсь, наш город скоро обретет свой каток.

- У вас в команде есть противостояние на тему Москва – Петербург? Подколы на тему языка?

- С Галей нет, а вот Катя за Москву и любит иногда на что-нибудь отреагировать манерным голосом: “Ой да, это же Питер”. Поправляем друг друга насчет бадлона и водолазки, подъезда и парадной, бывает. Но это все в шутку, конечно.

- Вы часто попадали в подборки в стиле “10 самых красивых керлингисток мира”. Это льстит и не думаете ли вы о будущем модели? У нас же иногда спортсмены фотографируются для журналов.

- Да если бы меня позвали сфотографироваться в модный журнал, я бы с удовольствием пошла, просто никто не зовет.

https://www.instagram.com/p/Bq-mhHRB8Ti/

- Даже если эротическая фотосессия?

- У меня нет проблем с понятием фотографии. Конечно, я спрошу у своего молодого человека, как он отреагирует, не заденет ли это его чувства. Для меня – без проблем. Я ничего не стесняюсь, в том числе своего тела. А насчет топ-10 и других топов – каждый хорош по-своему. Конечно, хотелось бы, чтобы в спорте нас ценили за достижения, а не за мое лицо или фигуру. Главное все-таки – внутренние качества. А в спорте – еще и результаты.

- Но для керлинга это было бы позитивно.

- Да, для популяризации, привлечения внимания лицо может помочь. Но это все-таки второстепенная штука.

- Замечаете, что за последние 10 лет все меньше шуток про швабры и то, что вы метете? Или остаются стереотипы?

- Конечно, остается. Чаще всего – в такси. “А, ну это вы, которые хорошо полы моете?” – спрашивают. Ну что тут ответить – да, моем. Я отшучиваюсь, мол, “вы не знаете, как я полы мою, все очень печально”.

- Молодой человек может пошутить на эту тему?

- Он керлингист (китаец Цзян.Прим. “СЭ”), так что у нас такие, профессиональные шутки. Но полы все равно чаще мою я. (смеется) А вообще, конечно, остаются дурачки, но шутки проходят. Их все меньше, и все больше людей знают правила, это очень классно.