Все интервью

Все интервью

16 октября 2009, 10:50

Сергей Хусаинов: "Я погибал три раза"

Александр Кружков
Обозреватель
Юрий Голышак
Обозреватель

РАЗГОВОР ПО ПЯТНИЦАМ

Хусаинов, некогда первый арбитр России, пропал. И только слухи летели - мол, весь в долгах. Скрывается - то ли от кредиторов, то ли от следствия. Номера заблокированы, следы заметены.

Мы его отыскали. Сидели около стадиона "Динамо", говорили обо всем. Услышали такое, что и поверить трудно.

А начали со сборной. В смутные времена начала девяностых менялись в ней и тренеры, и игроки, и врачи. Оставался лишь администратор - Сергей Хусаинов, с которым и приключилась одна невероятная история семнадцать лет назад…

- Вспоминаю старт отборочного цикла осенью 1992-го - и сам не верю, что такое могло происходить, - рассказал Хусаинов. - У сборной не было технического спонсора. С Adidas контракт закончился, новый не подписан. А в октябре - первый матч с Исландией. Играть не в чем. Решили, что молодежка и национальная сборная выйдут в адидасовских футболках, оставшихся от прежнего контракта. Эмблему заклеили вручную. Моя двоюродная сестра - швея-мотористка - нашила российские флажки, которые я велел купить на Белорусском вокзале Саше Гребневу. Он в те времена был в РФС завскладом и параллельно администратором молодежки.

- А потом стал тренером юношеской сборной?

- Это уже в середине 90-х... А тогда, в октябре 1992-го, подкачала погода. Холодно, снег выпал. Подогрева нигде нет. У нас для ребят - ни перчаток, ни подтрусников. Что делать? Но я нашел выход.

- Какой?

- Звоню приятелю в ГАИ, объясняю ситуацию. Он со склада привез парадные белые перчатки. Жене говорю: "Точно знаю, где-то в Перове есть трикотажная фабрика". Она по справочнику отыскала адрес. Выяснила, что там делают женские рейтузы. Заказали комплект на две команды. Готово все было в день матча молодежной сборной. Продираюсь по пробкам на своей машине из Лужников в Перово, оттуда - на "Динамо", где играет молодежка. Приезжаю за полчаса до начала матча! Рейтузы обрезали, - пошли как подтрусники.

- Футболисты сборной России на отборочный матч вышли в милицейских перчатках и женских рейтузах?!

- Такой был уровень обеспечения сборной. Но главная песня - с мячами. Поле в снегу, поэтому играли красными мячами, тоже оставшимися от Adidas. После матча молодежки говорю Гребневу: "Давай мне их - сразу отвезу в Лужники". Тот руками разводит: "Мячей нет. Мы их судьям подарили". - "А завтра чем играть?" - "На складе остались, утром принесу". Гребнев обещал быть часов в одиннадцать. Но ни в это время не появился, ни в два, ни в пять. А матч - в семь. Уже наши на разминку вышли, Гребнева нет. Судьи белым мячом играть отказываются - на снегу его почти не видно. Тукманов в панике: "Ломай дверь на складе!" "Как ее сломаешь, - говорю, - она ж бронированная".

- Чем закончилось?

- Стою у восьмого подъезда "Лужников" - где обычно заходят команды. Ровно в семь часов заявляется Гребнев. Бежит на склад за мячами. Матч начался с небольшим опозданием. К счастью, наши выиграли - 1:0. А меня за то, что мячи вовремя не обеспечил, оштрафовали на 500 долларов.

250 ТЫСЯЧ

- Давно о вас ничего не слышно. Чем занимаетесь?

- Охраняю кукурузу.

- ???

- Жду предложений. Создавал собственную академию, хотел помочь талантливым мальчишкам получить футбольное образование. Я же двенадцать лет преподавал на кафедре футбола в институте физкультуры.

- Только вот завершилась ваша работа в академии скверно.

- Получил по шее. Директора шести московских школ стали жаловаться, что Хусаинов занимается грабежом. Переманивает детей.

- Не переманивали?

- Конечно, нет. Я всего-навсего объявил набор. Родителям показывал, в каких условиях мальчишки будут жить. Но потом люди, которые давали деньги на академию, сказали: "Сергей Григорьевич, спасибо. Достаточно". - "Как же так? А дети, родители?" - "Хватит…"

- В какой момент начались проблемы?

- После покушения на меня в 2003-м. Инвесторы перепугались и быстро свернули финансирование. Но бросать все на полпути не хотелось. И я вкладывал свои деньги. Набирал кредиты в банке, занимал у друзей. Сейчас весь в долгах.

- Много?

- 250 тысяч долларов. Надеюсь, скоро смогу со всеми рассчитаться. Появились новые партнеры, которых заинтересовал мой проект. Да и другой бизнес вот-вот пойдет. Чувствую, все налаживается. Жизнь перевернулась в 2006-м. Я в третий раз женился, обвенчался. В тот же год родился сын Димка. У меня ведь еще два внука. Смотрю, как пацаны растут, - и радуюсь.

- Чему научили события последних лет?

- Начинать дело нужно, только если имеешь стопроцентные финансовые гарантии. Нельзя полагаться на дружбу и обещания.

- Как на вас напали?

- В полдвенадцатого вечера подъехал к дому. Машину оставил на парковке. Закрывая ворота, обратил внимание на двух парней. Возился с замком, и вдруг что-то заставило обернуться. Если б не это, бейсбольная бита попала бы точно в затылок. А так успел закрыться портфелем, набитым документами. Удары посыпались один за другим.

- Вам прежде угрожали?

- Были звонки от директоров футбольных школ, которым не понравилась конкуренция. Бывало, звонят: "Ты уже и из Орла берешь ребят?" - "А что?" - "Это наша территория". Потом привозят парня из Владивостока. Опять директор недоволен. Говорю: "Откуда хочу - оттуда беру". - "Ладно, мы тебя предупредили".

Есть у меня подозрения и насчет бывшей супруги. Дай бог, если ошибаюсь. Но совпадений достаточно. И она могла быть замешана. Например, как-то говорит: "Напиши генеральную доверенность на все имущество" - "Зачем?" - "Мало ли что может с тобой случиться". Ладно, написал. А к моменту окончания срока доверенности - то самое нападение. Потом в мою квартиру вписала свою дочь от предыдущего брака и внучку, - еще до того, как затеяли развод. Были и другие моменты…

- Вы тогда и в "Альфу-террор" обращались?

- Потому что милиция не пыталась ничего расследовать. Я назвал фамилии людей, которые мне угрожали по телефону. Принес распечатку звонков на мобильный. Остались у меня и бита, и даже клок волос, который сорвал вместе с шапкой у одного из нападавших. Но эти вещдоки следователей не заинтересовали. Тогда попросил о помощи "Альфу-террор". Они решили вопрос, - чтоб повторения не было.

- Сколько раз вы могли погибнуть?

- Кроме этого случая - дважды. Как-то ночью попал в аварию на Садовом кольце. Был подшофе, сморило за рулем. Когда открыл глаза, увидел, что лечу в лоб "Икарусу", до которого оставалось метров пятнадцать. Резко вывернул, снес остановку и врезался в угол дома. Выбрался через правую дверь своих "Жигулей". Приехали гаишники: "Неужели жив? Везучий какой. В рубашке родился". Следом история в Краснодаре…

- После матча "Колос" - "Зенит"?

- Да. За пару дней до этого наша сборная обыграла греков - 3:0. В Краснодаре инспектор матча Бубукин говорит: надо бы проставиться за победу. Спустился в кафе около гостиницы, купил пару бутылок шампанского. А на следующий вечер снова заглянул туда. Причем Бубукин предлагал кого-то из помощников отправить, но я решил пойти сам.

- Так что же произошло?

- Сгубила потеря концентрации. Все было так хорошо, что я расслабился. Накануне, когда расплачивался в этом кафе, засветил бумажник с долларами. У меня с собой была премия, полученная в сборной. Остальное - дело техники. Работали явно по наводке. Едва вышел из кафе с пакетами, как двое взяли под руки. Приставили что-то к спине: "Тихо! В машину!" Посадили в "жигуль". Врезали так, что потерял сознание. Когда очухался, почувствовал во рту какую-то острую дрянь.

- В смысле?

- Потом врачи сказали, что мне в рот вставили специальную звездочку - чтоб не задохнулся, пока был в отключке. Пришел в себя и слышу: "Что с ним будем делать?" - "Да выкинем на дороге. Не надо убивать". Обыскали напоследок еще раз. Кроме денег забрали паспорт. Сняли золотой браслет, который из Турции привез Ваня Вишневский, и цепочку с мусульманским полумесяцем. В районе новостройки автомобиль притормозил. Волоком оттащили к стене. Все это время я притворялся, будто без сознания. Когда открыл глаза, увидел отъезжающую машину.

- Номер запомнили?

- Откуда? Темно было, а фары выключены. Под утро доплелся до гостиницы. Руководство "Колоса" договорилось, чтобы в самолет пустили без паспорта. В Москве Толстых говорит: "Пиши бумагу". Отвечаю: "Зачем? Клуб ни при чем. Обычная бытовуха".

- Бандитов нашли?

- Нет, конечно. Время спустя судил я в Сочи. Вышли из гостиницы с администратором "Жемчужины". Тут его какой-то мужик окликнул. Потом меня подозвал: "Ты судья Хусаинов?" - "Да". - "Извини, брат, что в Краснодаре так получилось…"

- Вы вспомнили Вишневского. Внезапно умершего в 39 лет.

- Мы подружились, когда он еще в "Днепре" играл. Затем подписал контракт с "Фенербахче". Когда я судил в Стамбуле, бывал у него в гостях. Весь город Ваню знал. В какую лавку с ним ни зайдешь, сразу: "Вишня! Вишня!" Закончив играть, он стал в "Днепре" помощником Бернда Штанге. Однажды приехал в Москву. Посидели в ресторане, с девушкой познакомились. Я тогда жил один. Рванули ко мне. Ваня с барышней уединился. Из комнаты выходит мрачный. "Что случилось?" Он лишь рукой махнул. Девушку выпроводили. Снова спрашиваю: "Ваня, что?" - "Беда. Был на обследовании в Германии, сказали - рак кожи. Оперировать поздно". Никакого секса у них не получилось - первый признак, что с организмом проблемы. А знаете, с чего все началось?

- С чего?

- Году в 88-м в бане обнаружил, что исчезла родинка в области паха. Ваня бегом к врачу. Тот спрашивает: "Болит?" - "Нет" - "Ну и забудь". Позже оказалось, что родинка рассосалась - и образовались раковые клетки. Месяц Ваня жил у меня. Каждый день возил его в онкоцентр на Каширке. Химия не помогла. Вернулся в Днепропетровск и вскоре умер.

ВОР В ЗАКОНЕ

- Был знаменитый скандал в Израиле, когда вашу судейскую бригаду отстранили от работы на матче Кубка УЕФА. Это стоило вам международной карьеры. Вы проводили частное расследование - кто вас подставил?

- Кто-то из своих. Если задним числом анализировать, было много знаков, чтоб насторожиться. Перед этой поездкой судил матч "Черноморец" - "Ротор". Со мной в Новороссийск летел вор в законе. В самолете говорит: "Серега, велено передать тебе деньги. "Черноморец" должен выиграть". "Это уж как получится", - отвечаю. Денег не беру. Сыграли 1:1. После игры ужин в ресторане, живая музыка. Кто-то из местных спрашивает: "Какая твоя любимая песня?" - "Миллион алых роз". На сцене объявляют: "Сейчас для нашего гостя из Москвы, уважаемого арбитра Сергея Хусаинова прозвучит песня Аллы Пугачевой". Спели и спели. Неожиданно слышу: "А эта песня - тоже для нашего гостя, арбитра из Москвы". И врубают: "Убили негра". Пока сидели, эту дурь прокрутили раз двадцать.

Этот же авторитет потом возвращался одним рейсом со мной в Москву. Снова уговаривал взять деньги. Я ни в какую. Отвел Господь. Я не соблазнился. А купюры, думаю, были меченые. В общем, люди поняли, что в России меня скомпрометировать не удастся. Вот и подстроили скандал в Израиле.

- Кому ж вы так насолили?

- Как руководитель Коллегии футбольных судей, я был неугоден многим. Например, тому же Толстых: я восстал против беспредела, который он учинил с Чеботаревым.

- Кстати, кто бил Чеботарева в динамовской раздевалке?

- Врач Багдасарян... Да и для Колоскова в какой-то момент я стал костью в горле. Я знал, что из денег, которые национальным федерациям ежегодно перечисляют ФИФА и УЕФА, определенный процент должен выделяться на содержание судейского корпуса. Но суммы эти до нас не доходили. Плюс Колосков считал, что именно я организовал "письмо четырнадцати" в сборной.

Обижен на меня был и Шкловский, который раньше возглавлял Ассоциацию футбольных арбитров. Колосков его на дух не переносил, просил не подпускать Шкловского к работе. А тот пытался окольными путями подобраться к судейской власти. Мог ли Эдуард Исаакович иметь отношение к израильской истории? Теоретически - да, тем более что в этой стране у него знакомых немало. В любом случае странно, что крайним оказался только я. Хусаинова сразу убрали, а вся моя бригада - Мартынов, Гинзбург и Эрзиманов - продолжала в России судить.

- Тогда же вы бросили пить?

- Да. Уже десять лет - ни капли. Хотя, честно говоря, завязал по другой причине. Из-за матери. Она плакала. Переживала, что много пью. Все это осталось в прошлой жизни. Как и судейство. Правда, летом снова взял свисток. Пригласили поработать на юбилейном матче Черенкова и Хидиятуллина. Романцев удивился: "Ты в таком порядке, что и сегодня высшую лигу можешь судить!" - "Олег, забыл, что мы ровесники?"

- Жизнь дарила вам чудесные встречи.

- Одну сразу вспоминаю. Как я продолжил дело Тофика Бахрамова.

- Который напорол в финале чемпионата-66 Англия - Германия?

- Тофик ошибся. Физически не мог разглядеть отскок мяча и - не угадал. Королева после матча вручала арбитрам золотые свистки. Бахрамов подошел к Латышеву, члену судейского комитета ФИФА: "Я правильно поступил?" - "Ты поступил в пользу королевы…"

А в 1991-м англичане организовали товарищеский матч с немцами. Пригласили советскую бригаду - Алексея Спирина, Вадика Жука и меня. В самолете мы увидели Сан Саныча Калягина и Евгения Евстигнеева. Они летели на съемки. В Ил-86 небольшой лифт для стюардов - мы встали в эту кабинку и накатили по 50 грамм. Уже в Лондоне говорим человеку из английской федерации футбола: дескать, два великих наших артиста приехали, нужны билеты.

- Достал?

- Англичане передали Евстигнееву конверт: "Это VIP-места. На стадионе вас будут кормить и поить бесплатно. Во сколько подать автомобиль к отелю?"

- На стадионе пересеклись?

- Идем к судейской, слышим: "Ребя-я-та, айда к нам!" Евстигнеев и Калягин немного навеселе, с английскими шарфами. А на пороге судейской еще одна встреча. Подошел переводчик, который помогал нашей сборной на чемпионате мира-66. Рядом какой-то мужик. Представился менеджером "Тоттенхэма", сказал, что интересуется Цвейбой. Я начал расписывать - мол, Ахрик техничный, тактически грамотный. Менеджер прервал: "У него нос разбит?" Оказывается, если у центрального защитника не сломан нос, всерьез в Англии его не воспринимают.

Или вот как-то судил юношеский чемпионат мира в Австралии. На улице у отеля встречаю пару - старичок в шортах под ручку с дамой. Видит на моем пиджаке эмблему FIFA, подходит: "Ты откуда?" - "Из Москвы". - "О, Россия, Москва… Хомич?" - "Да!" - "Бесков?" - "Да". - "Я в 1945-м судил матч "Арсенала" с вашим "Динамо". Думаю: откуда ты взялся, в Австралии-то? Почему именно в этот день проходил мимо "Хилтона"?

ВОДКА НЕ КОНЧАЕТСЯ

- Вы, кажется, организовывали тренерам стажировки за границей?

- Я в хороших отношениях с итальянцами, и в 1997-м повез 25 наших тренеров смотреть два клуба, "Ювентус" и "Милан". По приезде добавились еще три команды - "Парма", "Фиорентина" и "Аталанта".

- Что запомнилось?

- В "Фиорентине" потряс Малезани. Наши рты пооткрывали, когда тренера увидели - рваные джинсы, рубаха навыпуск. Он же дизайнер по профессии. А у "Аталанты" - лучшая футбольная академия в Италии. Помню, стоит на бровке дедуля. Нам шепнули - это, мол, лучший селекционер Италии. Видит насквозь. Даже миланские мальчишки мечтают попасть к нему в академию.

- Почему?

- Потому что в "Милане" или "Интере" они будут ждать, пока сдуется кто-то из великих. А в "Аталанте" сезон отыграл - и к тебе пойдут предложения.

- А кто-нибудь из наших тренеров вот так - насквозь - видел?

- Вот вам история, которую никто не знает. Про Горлуковича. Лобановский решил после Олимпиады-88 взять его в сборную. В Киеве играли с австрийцами. А Петрашевский, бывший селекционер Лобановского, работал в "Локомотиве". Звонит: "Васильич, не приглашайте Горлуковича". - "Почему?" - "Не в форме. Мы его после Олимпиады дней десять не могли найти". Лобановский отвечает: ничего страшного, молодой человек проходит медные трубы. Вы присылайте, а мы с ним поговорим.

- В курсе, что был за разговор?

- Сам Горлукович мне пересказал. Лобановский задал единственный вопрос: "Знаешь, где сейчас Элькьер играет?" - "Нет". - "Нигде. Все думают, что водка однажды закончится, а она никак не кончается. Уж сколько поколений ушло из-за нее. Она живет, а люди - уходят. Ты понял?" Горлукович после этого так играл, что его немцы купили.

- Но пить не бросил. В той же Германии язык учил в пивнушках, как сам говорил.

- Значит, дано ему было. Как Брайтнеру, знаменитому немецкому защитнику с бородищей. Всех подбивал на гульбу, сам пил, словно лошадь. Наутро свеженький, а остальные - еле ползают.

- Вы же тоже поддавали прилично.

- Первый раз прикоснулся к водке в армии. Командир приказал: "Пей!" Стакан до дна. А когда стал арбитром, тут уж приходилось выпивать. Иначе никак. "Я не пью". - "Надо. Обидимся". И понеслось - по чуть-чуть. До игры, после. Дальше по линии сборной начал встречать зарубежных судей - как их расположить? Организовывал хороший стол.

Могу рассказать про громкий скандал с шубами и судьей Ньето в Киеве. Ситуация щекотливая. Человек и рад бы взять - а вдруг сообщат в Женеву те, кто подносит? Ньето позвонил в УЕФА. Киевское "Динамо" дисквалифицировали. Через год проходил семинар УЕФА в Севилье. Собрались рефери топ-класса. Спрашиваем: "Ребята, как относитесь к тому, что произошло в Киеве?" Поднялся Мументалер: "Это исключительно проблема Ньето. Или вы думаете, что нам ничего не предлагают? Но мы выходим на поле и работаем. В УЕФА по любому поводу не "стучим".

- Отличная тема - что в ваши времена предлагали судьям.

- Давным-давно встречал в Москве шотландца Уортона, руководителя судейского комитета ФИФА. Сели в ресторанчике. Уортон рассказал, как приехал в Мадрид судить "Реал". Ему до матча вручили шикарные золотые часы. И добавили: "Это вам. Если в игре все сложится удачно, будет подарок и для вашей жены". Я раскрыл рот, а шотландец продолжил: "Трижды я судил "Реал", и трижды у меня были только мужские часы".

- Ньето после киевской эпопеи стал изгоем среди судей?

- Вообще стал изгоем в обществе. Белая ворона.

- Принимая заграничных арбитров, золотые часы вручали?

- Было другое. Приезжает бригада судей. Встречаю их как положено. Главный говорит: "Сергей, я давно в разводе. Мне так хочется русскую женщину!" Вопросов нет, отвечаю. Но после игры. Тот машет руками: "Да не волнуйся, отсужу как надо! Я тебе гарантирую!"

- Вы просили помочь?

- Нет. Главное - чтоб не мешал играть.

- И отправились вы искать русскую женщину?

- В голове вертится: где ее взять-то?! Сказал водителю, тот посмеялся: "Григорьич, не волнуйся. Сгоняю на Тверскую, минутное дело".

- Как прошел матч?

- Нормально, хоть соперник был серьезный. После игры арбитр печально смотрит: "Ну, Сережа, что?" Отвечаю: не торопитесь выходить. Одевайтесь потихонечку. Тут дело вот в чем: по регламенту, едва матч заканчивается, соприкосновение делегата и судей завершается. Ужин необязательно проводить вместе, встречаются уже на завтраке.

- Бригада оставалась в Москве?

- Как правило. А в Лужниках тогда по-строили фантастическую сауну. Барная стоечка, бассейн неправильной формы с подсветкой… У судей глаза загорелись. Но возникла проблема: их четверо, а девочек привели трех. На резервного не хватило.

- Обиделся?

- Сказал ему: не грусти. Сейчас все исправим. Снова водителя отправил на Тверскую. Главный арбитр тем временем скрылся с девицей в комнате, потом выходят. Она шепчет: "Откуда его взял? Голодный, будто год до женщины не дотрагивался". Не год, отвечаю, - четыре! Концовка была, ребята, оригинальная.

В половине шестого утра - по коням. Потому что в девять завтрак - делегат выспался, ждет. Выруливаем через Саввинскую набережную - а там колонны заезжают в Лужники к торговым рядам! Автобусы, мешочники! Судья оторопел: "Сергей, что стряслось? Война?" Все, отвечаю, футбол закончился. Рынок начинается.

А через пару лет наша сборная играла в москве матч. Я на стадионе не был, смотрел по телевизору. На следующий день на работе встречаю Колоскова. Тяну руку: "Вячеслав Иваныч, с победой!" - "Ты что сделал с судьей?! С трапа сошел, первый вопрос - где Хусаинов?" Это с ним мы в шесть утра выезжали из Лужников…

- Со знаменитым шведом Фредрикссоном, засудившим сборную СССР на двух чемпионатах мира, вы по баням не ездили?

- Боже упаси. Видел его издалека - заторможенный какой-то. Не забыли момент на чемпионате мира-90 в матче с Аргентиной? Алейников бьет в пустые ворота. Марадона на ближней штанге выгребает мяч рукой. Фредрикссон молчит. В 1991 году приезжаю на судейский семинар в Рим, там этот эпизод крутили. Поднимаюсь с вопросом: "Как объяснить?! У арбитра - идеальная позиция!" - "No comment". Фредрикссон засудил нас в 1986-м и 1990-м, а в 1982-м нашей сборной досталось от испанца Ламо Кастильо. Годы спустя мы встретились, он был делегатом на моей игре.

- А что было в 1982-м?

- Кастильо судил матч Бразилия - СССР. Бразилец рукой перехватил мяч в штрафной - и ни отмашки бокового, ни свистка главного. Наши проиграли. И вот мы оказались с Кастильо за одним столиком. "Вас, - говорю, - в Союзе хорошо помнят". - "Знаю, на меня обижены. Но ты меня тоже пойми - Бразилия играет, Авеланж, президент ФИФА, на трибуне. Как назначать пенальти?!"

"ЧАЙКА" ЖИВКОВА

- Взятки вам предлагали?

- Я судил отборочный матч чемпионата мира-94 Швеция - Израиль. Выхожу на разминку. Подлетает человек из сборной Израиля, бывший наш из Кишинева: "Привет, Сергей. Ты же нас знаешь. Если что, полтинничек занесем…"

- 50 тысяч долларов?

- Да. Но я в судейство пришел не для того, чтоб продаваться. Путь не для меня. В итоге шведы выиграли - 5:0. Причем я уже в первом тайме удалил израильтянина. Левый защитник, имея желтую, помчался к чужим воротам - и там внаглую рубанул соперника. Зачем?

- Валерий Овчинников нам рассказывал: "Знаю лишь одного судью, который не брал, - Хусаинов".

- Я прочитал - и сразу ему отзвонился: "Валер, спасибо". Он мне, между прочим, однажды выкатил "газель". В Нижнем же их собирают.

- Не взяли?

- Нет. А Овчинникову сказал: отправь машину в Арзамас-16, в храм Серафима Саровского. Им нужнее. "Ты одурел? Какой еще храм?!" Но отдал.

- Вы там бывали?

- Да. Ходил - и поражался. Там волшебный источник. У Николая II не было наследника. Обратился в Священный синод, патриарх ответил: "Матушке надо искупаться в источнике, где жил и молился Серафим Саровский". Николай все сделал. И у него родился сын. Я смотрю - там небольшие коттеджи по берегу реки. Мне рассказывают: "Вот домик Сахарова, вот - Курчатова…" Но я тех, кто меня сопровождал, тоже поразил.

- Чем?

- Попросил, чтобы Овчинников за мной прислал "чайку". Когда-то на сборах в Болгарии он купил автомобиль Тодора Живкова. Говорю ядерщикам: "Как полагаете, какая машина ждет рефери ФИФА?" Те "чайку" увидели - обомлели.

- Кроме израильтянина кто-нибудь еще вам деньги предлагал?

- Предлагали люди из ЦСКА перед матчем со "Спартаком". Во времена Дадаханова. Но у меня был горький опыт - вызывали на Петровку в специальный отдел. Товарищи из Череповца хулиганили - якобы проводили контрольные матчи на сборах. Составляли ведомости. А таких игр вообще не было. Администратора поймали на растратах - а тот возьми, да ляпни: дал деньги судьям. Начали раскручивать. И меня выдернули: "Судили эту команду?" - "Ни разу!"

- Как отказываться от денег?

- Вот и следователь об этом спрашивал. Знаете, я не бессребреник. Хотите отблагодарить? Не вопрос, после матча - пожалуйста. Нет - ну и не надо. Я работал по совести и всегда буду. А то были инциденты с коллегами.

- Расскажите.

- Матч "Нефтчи" - "Днепр". Хозяев просто убивают, скандал на уровне Политбюро. Проходит время - квартиру главного судьи того матча профессионально грабят. Никого, понятно, не поймали. Потом я приезжаю в Баку, полунамеками выясняю: не отсюда ли руки растут? "Что же ты хотел? - отвечают мне. - Не можешь - не бери. Взял - делай. Не сделал - верни. А разговоры: "Я вам еще пригожусь" никому не нужны".

- Тот судья взял от двух команд сразу?

- Естественно. Мы, судьи, тешим себя надеждой - никто не будет знать. Да все будут! За рюмкой администратор расскажет: "Этому столько дали, тому - то-то выкатили…"

Помню еще случай. Назначили меня на матч "Арарат" - тбилисское "Динамо". Инспектор из Днепропетровска говорит: "Должен так отсудить, чтобы у хозяев перед следующим туром было прекрасное настроение". А в следующем туре "Арарат" принимал спартаковцев - главного конкурента "Днепра" за чемпионство. Улавливаете схему? Впрочем, тбилисцы тоже грешили. Звонят домой: "Сергей, спуститесь. Жду вас у подъезда". - "Кто это?" - "Тенгиз". - "Какой Тенгиз?" - "Администратор тбилисского "Динамо". Ладно, спускаюсь. Действительно стоит грузин, протягивает конверт. Я через неделю буду их судить, а уже ведут работу. Говорю: "Ничего не надо". Тот настаивает: "Возьми! Меня специально к тебе в Москву послали. Как назад вернусь?" - "Извини, не мои проблемы".

- Так что же было в Ереване?

- После первого тайма "Динамо" ведет - 1:0. Причем когда в штрафной мяч от пятки Сулаквелидзе рикошетит в руку Чивадзе, назначаю угловой. Весь стадион требует пенальти. В перерыве инспектор надрывается: "Сережа, предупреждал же! Я здесь для чего? Обеспечь результат". Думаю: "Ага, делать мне больше нечего - с вами связываться. Сужу что есть". По дороге к полю встречаю Чивадзе. Подмигивает: "Молодец, хорошо судишь". Но во втором тайме он нарвался на пенальти - тут рука была уже очевидная. Хотя Саша усмехнулся: "Что, поговорили с тобой в перерыве?" А в конце матча Кеташвили срубил игрока - снова 11-метровый. "Арарат" выиграл - 2:1. Тбилисцы сначала возмущались, но когда посмотрели запись, претензии сняли.

- А вы, получается, своей линии как держались, так и продолжили.

- Мой дядя-татарин рассказал: "Знаешь, чем татары заслужили уважение в России? Добывали пушнину, привозили в Китай-город на продажу. Сдавали оптом. Так за татарином даже не пересчитывали. Если сказал, что 150 шкурок, столько и будет. Не обманет". Вот и я старался, чтоб комар носа не подточил. Сочли нужным после игры отблагодарить - ваше дело.

- Вас, татарина, ведь не Сергеем назвали?

- Я - Рашид Рахматуллович. Мне когда-то объяснили: чтобы преподавать на кафедре, нужно вступить в партию и желательно сменить имя. Пошел к отцу: так и так, не обижайся. "Сынок, тебе решать". - "Спасибо, папа". Родился я 18 июля - в день Сергия Радонежского. Того не зная, взял имя по Божьему закону.

- И веру сменили?

- Сменил. Уже в сознательном возрасте. Рядом с моим домом на Таганке храм Сергия Радонежского. Однажды зашел, а священник меня узнал. 1988 год. Я тогда принял православную веру и покрестился.

- До 23 лет вы отзывались на имя Рашид?

- Точно.

- А потом знакомым объявили, что отныне вы - Сергей?

- Да. Но не буду же всем рассказывать, как вам? Даже в этом году, когда исполнилось 55 лет, звонили бывшие студенты: "Рашид, поздравляем". И для родителей я навсегда остался Рашидом.

ОЛЬГА ДЛЯ СУДЬИ

- Была драма - как вас отцепили от чемпионата мира-94.

- Я входил в группу лучших европейских арбитров - поэтому моя работа в сборной не афишировалась. Совмещать-то нельзя. "Сдал" меня в УЕФА Левников, с которым мы конкурировали.

- Но и Левников не попал на чемпионат мира.

- А вдруг попал бы? Шанс-то сохранялся.

- Как вы узнали, что это был именно он?

- Проходила в Москве игра, дебютировал этот, стоматолог…

- Мерк?

- Он. Делегатом назначили Казарина. До этого он мне говорил: "Не представляешь, какое мучение - двигать русских арбитров. Про вас думают, что в голодный год своих детей кушаете, а по улицам медведи ходят". И вот на ужине я подбадриваю Мерка, советую судить смелее. А Казарин говорит: "Завтра встречаюсь с Колосковым. Будем говорить о тебе". После этого я отстать от него не мог, проводил до гостиницы: "Паоло, что случилось?" - "Есть информация, что ты работаешь в сборной". В конце концов Казарин раскололся, от кого информация.

- Как с Левниковым после этого общались?

- Нормально. У судей хуже, чем в Большом театре. Там, говорят, отлучаешься в туалет, потом бежишь на сцену, а в твоих балетках уже осколки стекла.

- С людьми из КГБ сталкивались?

- О, это смешная история. Году в 1986-м сборная Лобановского играла в Симферополе. Логофета пригласили переводчиком для судей. Игра в среду, бригада прилетела в понедельник. Во вторник утром вылет в Симферополь. Поехали все вместе в "Арбат", с нами кагэбэшник. Главный судья просится в туалет, мы с Логофетом провожаем. На обратном пути к судье подходит девочка, на хорошем английском просит закурить. Ну и слово за слово…

- Что дальше?

- Танцы. Представилась Ольгой. Комитетчик напрягся: "Ребята, мы несем ответственность. А вдруг ЧП?" Но и нам перед игрой надо судью расположить!

- Расположили?

- Двинул наш сопровождающий к Ольге - прямым текстом у нее берет адрес и телефон. Предупреждает: "Машина будет ждать его у подъезда. И имейте в виду…"

- Рассчитывался с девицей судья сам?

- Сам. Его отправили, я поехал провожать Логофета домой. Было около четырех утра. Поднимаемся, звоним. Ждем, что его жена откроет. Но появляется мужик в трусах. Олегыч сразу протрезвел, насупился: "Не понял". Тут и выяснилось, что Логофет дома перепутал - по ошибке в соседний корпус привел.

- И как арбитр провел встречу?

- Забавно. Смотрю по телевизору игру, навес на Беланова. Мяч летел так, что достать его Игорь никак не мог. Зато стоял в чужой штрафной. Судья находился далеко от игрового эпизода, но осмелился назначить пенальти. Ха-ха. Можете представить? На следующий день пересеклись в Москве. Отвел бригаду в ресторан. Судья спрашивает: "Видел матч? Пенальти понравился?" Логофет меня толкает ногой под столом: "Ты ему правду скажи. Как арбитр арбитру".

- Сказали?

- Ага. "Да, - говорю, - пенальти понравился. Только его не было". Судья сразу тему сменил: "А можно Ольгу найти?" Логофет поразился - что ж с ним эта Ольга делала, что забыть не может?!

- Потом встречались?

- Однажды "Зенит" играл в Кубке УЕФА. Вдруг звонит питерский администратор: выручай, бригада летела через Москву, и ее на таможне задержали. Виз не было. Помчался я к пограничникам, все объясняю. Хорошо, говорят, забирай своих судей. Гляжу, они на железном диванчике разложили вещи, уже часа четыре маются. Главного узнаю - он был линейным в той самой бригаде, которую я привечал. Подхожу, говорю, что через два часа рейс в Питер. "Нет, мы домой". Тогда пришлось напомнить: "Ты меня забыл? "Арбат", Симферополь, Ольга…" Тот расплылся в улыбке: "Пошли, ребята! Это наш парень, я его знаю!"

Еще запомнился отборочный матч чемпионата Европы-92. Важно было выиграть на выезде, мы тогда Италию в группе обходили. Обслуживал встречу тот же самый судья. Я для него в Москве купил фоторужье. Звоню в гостиницу: "Подарок тебе захватил. Увидишь - обомлеешь. Перед игрой отдам". Заинтриговал. Назавтра смотрю - к судейской представитель принимающей федерации никого не подпускает. Сторожит.

- Но он-то вам не помеха?

- Вывернул из бутсы два винта, вставил острые шипы. С ней в руках иду к судейской - дескать, надо уточнить, можно ли играть в таких. Для меня главное было арбитра не подставить. А тут как раз бригада навстречу. "О, привет!" - "Заходи". - "Как тебе передать?" - "Да неси, чего там?!" И я прямо с коробкой - в судейскую.

- Помог?

- Идет игра. В центре поля ерундовый момент - свисток. Штрафной в нашу сторону. Бышовец повернулся: "Сергей Григорьевич, это что?" - "Сейчас, - говорю, - будет самое интересное. Когда мяч подлетит к нашей штрафной - арбитр тут же свистнет. Будем бить уже мы". И точно. Классика судейства: это называется работа на статистику. А зачем норвежцам этот штрафной?

50 ГРАММ С САДЫРИНЫМ

- Впервые конфликт игроков сборной и руководства вспыхнул на чемпионате мира-90 в Италии. Это было на ваших глазах?

- Да. Первая серьезная разборка из-за денег. Но ребят можно было понять. Сидим на последнем матче - Дасаев, Демьяненко, Бессонов, Хидиятуллин и я. Подходит представитель фирмы, выпускавшей компьютеры. С ней у сборной был спонсорский контракт. "Почему так плохо играете? Мы же вам солидные деньги за выход из группы обещали! По сто тысяч каждому!" - "Какие сто тысяч? - изумился Дасаев. - Впервые слышу". Представляете, у нас в федерации даже не удосужились донести эту информацию до игроков!

- Почему?

- Не догадываетесь? Чтоб самим по-тихому деньги поделить. Еще на команду давали десять компьютеров стоимостью 60 тысяч долларов. Вот ребята и взбунтовались. Отказывались уезжать из Чокко, пока не заплатят деньги.

- Как отреагировал Лобановский?

- Был на стороне футболистов. Предложил: "Давайте в Киев позвоню - там найдут деньги и рассчитаются. А федерация потом все вернет". Но поднялся Хидиятуллин: "При чем здесь Киев? Пусть федерация платит. Деньги у нее есть". Симонян, руководитель делегации, в панике звонит в Спорткомитет: "Что делать?" Оттуда единственный вопрос: "Если команда не улетит, сколько платить за простой самолета?" Оказалось, намного дороже, чем рассчитаться с футболистами. Только после этого заплатили.

- Говорят, "письмо четырнадцати" было написано вашей рукой…

- Глупости. Для меня оно стало такой же неожиданностью, как для всех.

- Знаете, кто был автором письма?

- Приятель Шалимова, один из помощников Тарпищева. Претензии ребят по форме Reebok понять можно. Когда Кирьяков получил майку, то радостно сообщил мне: "Григорьич, трусы не выдавай". Потому что майка была ему ниже колена. И вот в афинской раздевалке после поражения от греков Шалимов спрашивает Колоскова: "Откуда взялся Reebok?" Тот объясняет: "Это наш технический спонсор. Соглашение с Reebok подписал я, а от лица команды - Садырин". Пал Федорыч промолчал. Но в гостинице после ужина сказал Шалимову: "Клянусь, я ничего не подписывал!" На что Игорь ответил: "Пал Федорыч, это надо было при всех в раздевалке сказать, а не сейчас".

- От поездки со сборной на чемпионат мира-94 вас сразу отстранили?

- Я узнал обо всем последним! До этого занимался вопросами формы, виз и прочим. Но что-то меня насторожило. Решил у Симоняна все выяснить. Тот отослал к Колоскову, который сказал: "Вы никуда не едете. Есть мнение, что письмо отказников было организовано вами".

- Что ответили?

- "Я никогда такими вещами не занимался". А начальник отдела обеспечения сборных РФС Володя Сахаров вообще заявил: "Я с тобой, тварь, больше разговаривать не буду". Хотя до этого были прекрасные отношения. Говорю: "Володя, ты не прав". - "Да пошел ты…"

- Так и не общаетесь?

- Спустя три года по случаю дня рождения накрываю стол в РФС. Заходит народ, поздравляет. Когда в комнате остались лишь я да девчонки из международного отдела, появляется Сахаров. Падает на колени: "Серега, прости!" Я был растроган до слез. И с Садыриным позже был разговор на эту тему. Мы пересеклись в Тольятти. Он привез туда "Зенит" на матч с "Ладой". А я судил игру "Крыльев". Поле в Самаре было не готово, и матч перенесли в соседний Тольятти. На стадионе в ложе VIP столкнулись с Садыриным. Он предложил махнуть по 50 грамм и отвел в сторону: "Извини, был не прав". Я расчувствовался: "Пал Федорыч, спасибо вам большое".

Но об этом не знают ни Семин, ни Игнатьев, ни Симонян. Они-то до сих пор уверены, что все подстроил я.